90 лет со дня рождения Андрея Тарковского

Вот уже девяностолетний юбилей Андрея Тарковского подоспел. Мы уже целую вечность без него живём. Многим казалось тогда, на заре перестройки, что время затрёт его имя, выбросит его кинотруды на обочину современности.

Но ценность его кинополотен и его гения только выросли за эти 35 лет, только сильней обозначилась сила его прозрений и пророчеств. Ибо вопросы, что он поднимал в своих фильмах — надвременные и вечные. Время доказало, что Тарковский всегда будет актуален.

Судьба Андрея Арсеньевича парадоксальна. Ему очень повезло в начале творческого пути с «Ивановым детством». Но затем почти все его фильмы рождались в муках, вопреки обстоятельствам, с преодолением множества трудностей и бесконечными производственными неудачами.

Долгие периоды творческого простоя, когда сценарии и заявки просто не запускались в работу, выматывали его. В своём письме отцу после своего невозвращенья, он писал, что из двадцати лет отведенных ему в нашем киноискусстве он от силы лишь три года работал, а остальное время был безнадёжным безработным.

В итоге он сделал всего семь с половинкой киноработ, не считая студенческих короткометражек «Убийцы» и «Сегодня увольнения не будет». Но и этого было достаточно, чтобы прогреметь на весь мир и вписать своё имя золотыми буквами в историю мирового кинематографа.

Многие зрители переживали фильмы Тарковского как катарсис. Слёзы очищения лились во время просмотра «Соляриса», «Зеркала», «Страстей по Андрею». Последняя сцена новеллы «Колокол», когда Рублёв выходит из молчания и своим потухшим от долгого молчания голосом успокаивает юного колокольного мастера — разве она может кого-то оставить равнодушным.

Андрея Тарковского часто выставляли в свете эстетствующего диссидента, который шёл против власти. Но нигде и никогда великий режиссёр не высказывался против власти и против своей родины. Он воевал только с чиновниками, отстаивал своё право на существование в искусстве.

Зато сколько писем писали ветераны, впечатлённые просмотром «Зеркала». Вот одна зарисовка: «Мама моя, разнорабочая на автозаводе, малограмотная, измученная жизнью и трудами, помимо прочего наивно верившая, что кино — это правда, когда-то переставшая смотреть «Семнадцать мгновений…» после обнародования факта его художественного вымысла, — уже на склоне жизни однажды посмотрела «Зеркало».

Реакция была неожиданной: она заплакала, навзрыд. Что ты там, милая мама, увидела? Наверное, — свою жизнь и, наверное, поняла, что и она была не напрасной».

Вот умел Тарковский поднять такие глубинные смыслы, заставить звучать скрытые струны души. Мог он заставить душу перевернуться, оглядеться, задуматься. У него был огромный, совершенно особый талант приводить душу человеческую к исцелению.

Он был из породы великих мастеров, которые, достигнув вершины своего мастерства, начинают говорить с нами истинами и притчами. Андрей Арсеньевич Тарковский своим творчеством повлиял на целое поколение, поменял ему вектор мысли, расширил допустимые границы.

Спасибо мастер за библейский размах ваших фильмов-творений; за то, что когда-то над нашей юностью и молодостью вы начертали великие знаки красоты, страдания и нравственных рубежей.