«Мамы разные нужны – мамы разные важны», — как завещал нам великолепный поэт Сергей Михалков. Сейчас «модно» все свои проблемы скидывать на родителей – мол, недодали, недоглядели, не увидели в чадушке музыкального таланта, запихнули не в тот вуз, не купили мороженое в 1975 году и так далее.
Я, как всегда, не в трендах – моя Mutter была самая лучшая для меня, и мне её ныне очень не хватает. Но сегодня мы поговорим о наихудших маменьках из советского кино, причём их «ужасность» будет самого различного свойства – от полного равнодушия до гипер-опеки, от желания заслонить ребёнка от жизни – до откровенной торговли дочками (уже поняли, да?)
1. Итак, сразу вспоминается мадам Рачкова из саги «Москва слезам не верит» (1979). Приятная, ухоженная леди, знающая, с каким ножом кушать рыбку, настоящая змея. И тут я не касаюсь её разговора с Катериной – она, будучи меркантильно-алчной, реально подумала, что лимитчице нужны их квадратные метры, а не сам Рудик.
Она руководит своим взрослым сыном (представляю, каким прынцем вырастет младший) и не даёт ему нормально жить. Рудольф – типичная креатура матушки-сноба, полагающей, что её пирожочку нужно всё самое элитарное – вплоть до невесты, разумеется. А как лебезила она перед «дочерью профессора Тихомирова». С такой маман только в ад.
2. Далее – разумеется Харита Игнатьевна Огудалова из экранизации «Жестокий романс» (1984). Глупая, интеллектуально-пустая, как жбан и при этом – хитрая. Как поёт какая-то современная певичка: «За деньги – да!» Сбагрила старших дочерей чёрт знает кому и лихорадочно соображает – кому бы сбыть бриллиант-Ларису, в которой всё – эфир.
Дом-притон, куда может зайти любой проворовавшийся кассир или ещё какая дрянь во фраке. Заставляет Ларису весело плясать и улыбаться «клиентуре». Маменька с удовольствием сдала бы девушку любому богатею – в содержанки, лишь бы Кнуровы совали денежку и ей самой. Алиса Фрейндлих ещё облагородила эту бандершу.
3. Теперь – полегче, но тоже не фонтан. Это – мама Серёжки Сыроежкина из шедевра «Приключения Электроника» (1979). Вроде нормальная тётка. Но! Представьте ситуацию – вместо ребёнка домой приходит нечто, поведенчески вообще не похожее на сына – только оболочка та же. Я понимаю – тут условности жанра, но всё равно было неприятно смотреть.
Это как надо быть равнодушной к своим материнским обязанностям, что неулыбчивого, чёткого отличника принять за своего непоседливого Серёгу. Тут сразу возникает мысль: «Что-то не то». Но нет. Конечно, родители всегда радуются, что их отпрыск перестал гулять до ночи и углубился в математику, но здесь же совсем иное явление.
4. От фантастики – к сказкам, в которых больше правды, чем в иных реалистических фабулах. И, разумеется, тут выплывает из сеней мамаша Душеньки-Марфушеньки из феерии «Морозко» (1964). Дело не в том, что она – злобная мачеха, она ещё и …злобная мать. Только ненавидящая свою дочь, особь может держать крестьянскую девку в тотальном безделии.
Героиня Веры Алтайской делает всё, чтобы оградить дитятко от привычных обязанностей – такую кралю никто и никогда не возьмёт замуж, а вековуха в деревне – это позорище. Думаете, такого нет в реальности? Полно. Девушки выходят в жизнь, не умея вообще ничего делать. Впрочем, некоторые так и не выходят. Никуда. Даже на работу.
5. И – вишенкой на торте «мудрая мама» Жени Лукашина из новогодней комедии «Ирония судьбы» (1975). Мягкий диктатор, она держит своего сыночка на привязи. С детства и до зрелости. Женёк уже лысеть начал, а всё ещё при маме, как в те лета, когда он возился в песочнице с Павликом и остальными ребятками.
На словах она хочет, чтобы её сын женился, а по факту – нет. С какой стати какая-то тётка будет рулить её дивным сокровищем? Да и зачем Лукашину жениться? Его так уютно облекают домашним коконом – мама отлично готовит, обслуживает и выслушивает. Будет ли всё это делать Галя, Надя или ещё какая Ирина. Разумеется нет. Поэтому, к ноге, Женька!
