Иной раз в сюжете, где есть yбийство, оно ещё не самое страшное, ибо всё, что было до него пугает куда как больше. Я не только о триллерах и детективах. Например, в моём любимом «Жестоком романсе» (1984) более всего чудовищен сам не выстрел Юлия Капитоновича в красавицу-волжанку Ларису Дмитриевну.
Он – будем честны – освободил её от того ужаса, в котором она жила чуть ли не с детства. К которому она привыкла. Тяготилась, но сжилась. Карандышев – гадок, однако, он прав, говоря о таборе в огудаловском доме. Лично для меня самые страшные сцены связаны с Харитой Игнатьевной, что без зазрения совести торговала своими дочками.
…В пьесе этой сцены нет – просто упоминание об одной из старших девочек. В киноверсии Эльдара Рязанова всё воплотилось – гуляние на свадьбе, где женихом был некий горский князь. Причём, неизвестно – а князь ли вообще? Кто-то наводил справки? Может, вообще бандит какой-нибудь. Харите без разницы, куда пихнуть бесприданницу.
Из диалога Кнурова с Васей мы узнаём, что этого мачо привёл к Огудаловым какой-то офицер. Именно – какой-то. В огудаловский шалман может зайти любой – были бы деньги и понты, а ещё – желание развлекать хозяюшку. «Маменька, родненькая, куда же вы меня спровадили?» — бессильно вопрошает невеста. А маменьке – всё о`кей. Она именно спроваживает.
По пьесе тот князюшка не довёз до места и зарезал по дороге. Из ревности. Если бы довёз, всё равно, в конечном итоге, зарезал бы. Наверное, Харита погоревала для приличия. Но ей было бы хуже, если бы её «княгиня» вернулась домой и села бы на шею. По фильму – несколько иначе. Сестра писала, что ей очень плохо в Тифлисе.
Ещё одна дщерь оказалась замужем за карточным шулером и проживает где-то в Европах. Там всё не менее омерзительно, да хотя бы нет поножовщинки. Да, Харита высылает своей дочери деньги, но, судя по всему, лишь затем, чтобы та не бросила шулера и не возвернулась на родные хлеба. Чем кормить-то? Во что одевать? За кого снова выдать?
Ещё один жуткий фрагмент – феерия, устроенная кассиром Гуляевым, выдававшим себя за директора банка. Проходной двор, где можно проматывать ворованные денежки. Это не дворянское гнездо, а нечто в стиле «…у Верки-модистки в буру перекинулись…». Харита живёт под лозунгом «За деньги – да!» и учит тому же свою Ларису.
Чудовищен момент с танцем, где мать приказывает девушке плясать. Звучит весёленькая музычка. Чад кутежа! Отвратительная Харита подпевает и сама приплясывает. И вот момент истины – являются представители органов правопорядка. Насчёт Гуляева. Притон, да и только. Удивительно то, что Лариса хотя бы не стала развесёлой шл*хой в такой обстановке.
Собственно, Ларису уничтожил не Карандышев – её утоптала среда, созданная маменькой, запускавшей в дом «каких-то» офицеров, князей, банкиров. Кнуров-Вожеватов-Паратов – ещё не самые инфернальные монстры в этом диком жилище, где было бы возможно и пиршество беглых каторжников, если бы они до этого грабанули портного и упаковались бы во фраки…
