По одному из многочисленных каналов моей ТВ-подписки недавно шёл фильм «А если это любовь…» (1961) режиссёра Юлия Райзмана. Интересно, что первоначально-сценарное название – «Как это могло случиться?» Что именно? А вот всё это – первая любовь в юном возрасте (а когда ещё?!), травля со стороны общества и – попытка главной героини уйти из жизни.
И вот, что подумалось. Во всей этой истории виноватой и наказанной вышла именно Ксюша, а не её белокурый кавалер. Обескураженную девушку прилюдно бьёт маменька, высмеивают соседушки, осуждает училка немецкого языка, более всего напоминающая старшую надзирательницу Равенсбрюка (заметим, она не математичка и не «англичанка»).
Всё свалилось на девчонку, а пацанчик лишь немножечко страдал, когда кто-то смеялся за спиной – причём, не над ним. А что такого сделали Ксения с Борисом? Вместе прогуляли уроки и потом забрались в полуразрушенную церковь, где шуточно изобразили старинное венчание. Затем – поцеловались. И это вызвало дикий гнев у одних и злорадство у других.
Дескать, вырастили гулящую. Собственно, во всём, что касается вопросов пола, виновата фемина – независимо от возраста. Поцеловались? Ты позволила. А тот, кто поцеловал — он как себя чувствует? Или никак или вообще героем. Бориса явили трепетно-смущённым. И только.
Тот факт, что мужчина тоже участвует, причём именно как «сильная» сторона – об этом говорится реже. А сейчас — реальная история эпохи Оттепели! В мамином дворе жила переразвитая девчушка, о которой было известно, что она «таскает парней на чердак». Полагаю, что она всего лишь обнималась и целовалась, но и этого было достаточно, чтобы прослыть кем-то на букву «ш».
С ней брезговали общаться, могли вслед что-нибудь крикнуть, а мама с подругами даже переходили на другую сторону улицы. И это не новостройка на месте бывшей деревни, как в ленте, а Москва, район Лефортово. Тогда как тех парней, что что постигали «науку страсти нежной» по чердакам, считали нормальными, дружили с ними и давали им… списывать домашку.
Что характерно, те фанаты чердачной романтики относились к приличным девам, как к чему-то запредельному – максимум, брали за руку, а если танцевали, то едва касались. А ту, которую, простите, лапали, на танцы никогда и не звали. Примечательно, что моя маман сохранила ту брезгливость к падшей камелии на всю жизнь. У нас всё жёстко.
Да, камелия сразу после школы вышла замуж за «старого» мужика лет тридцати пяти и куда-то уехала. Разумеется, героиня Жанны Прохоренко не прыгала по чердакам, однако, к ней уже намечалось именно такое отношение. Мол, если один обнял, значит …и всем можно! А Ксюша была чистой и светлой, читала книги о настоящей любви и верности.
Потому-то и отравилась, что не смогла выдержать тотального презрения. Толпа доконала. А ещё она поняла, что Борис вышел сухим из воды – потому-то и говорит, что не нужна ей никакая любовь. Только учёба. Наука не предаёт. Правда, назвала город, куда едет. С надеждой, что Боря туда примчится? А он ведь примчится.
