Двухсерийный телефильм Леонида Квинихидзе «31 июня» (1978) я как-то пропустила в детстве, ибо его показали один раз, а потом надолго упрятали «на полку» в связи с поведением танцовщика Александра Годунова, испросившего политического убежища в США. Так что эта феерия мне попалась на ТВ лишь в середине 1990-х, а за эти годы я успела не полюбить (!) фэнтази и тему «Дракон съел принцессу» / «Принцесса съела дракона».
Кстати, я не выношу всё это и доныне. Увы или …к счастью, мне не нравится псевдо-средневековье, и я предпочитаю историческую реальность. Песню «Всегда быть рядом не могут люди», правда, слушала с удовольствием. Это — шедевр. Однако на днях я всё-таки увидела эту ленту – меня поразила недавняя cмepть Натальи Трубниковой. Несмотря на то, что я всегда переключала «31 июня», внешность принцессы Милисенты, меня завораживала.
Возник какой-то страшный диссонанс – я помнила это юное лицо, а тут вдруг ей 72 года и — …всё. Мы не видели актрису и балерину, что называется, в процессе жизни. Вот она — Милисента, а вот – сообщение о её кончине. Примечательно, фильм всё-таки мне понравился, несмотря на драконов, Мерлинов и прочие Камелоты. Чем? Настроением конца 1970-х. Ощущение, что я погрузилось в детство, когда листала мамины журналы мод.
В этой, ну очень приблизительной, экранизации повести Джона Бойнтона Пристли, есть дух времени – темпы, ритмы, платья, типажи. И, разумеется, красивые герои. Николай Ерёменко, сыгравший художника (точнее – дизайнера) Сэма Пенти, был тогда на пике формы, а рубеж десятилетий стал его звёздным часом. А Трубникова? Она была какая-то вневременная, хотя, и подходила под эталоны 1970-х.
Линия любви – сквозь столетия, измерения, вехи – это прекрасно. Всё же остальное – какая-то суетня да беготня, вопли, прыжки, размахивания руками. Особенно – во второй серии, когда все начали перемещаться туда-сюда. Чувствуется и узость пространства – фильм полностью снят в павильонах. Если бы там постоянно не пели и не танцевали, был бы вообще провал. Хотя, нет – полно остроумных фраз.
Например: «Вы бы лучше поучились у своей бабушки плетению интриг. Ах, как она вязала. До сих пор никто развязать не может» или вот: «Эту песню недавно сочинил мой придворный музыкант. У него много хороших песен, но они редко соответствуют королевской чести, и их запрещают на веки веков». Разумеется и актуальное для всех эпох: «Пока вы не сэр и не пэр, для Вас у меня сердца нет».
Также понравился и счастливый финал – Сэм с Милисентой остаются вместе, никаких многоточий и догадок. Потом, правда, вспомнилось, что и Николая Ерёменко давным-давно нет в живых. Теперь ещё и дивная Трубникова ушла от нас – видимо, в сказочный мир, где есть замки времён короля Артура, волшебники – добрые и не очень, а также броши, исполняющие желания, как в той киноистории. Печально и то, что наши актёры уходят, а им на замену — …ничего.
