Знаменитую картину Георгия Данелии «Афоня» часто называют комедией, однако смешного в ней мало. В 1975 году над историей обаятельного слесаря-сантехника смеялась вся страна, и я в том числе, но сегодня под маской легкой комедии я вижу мрачный психологический триллер о человеке, который методично уничтожает всех, кто имеет неосторожность его полюбить.
Главная суперсила Афанасия Борщова — не умение чинить раковины, а его способность вызывать жалость. Он ведет себя не как взрослый 30-летний мужчина, а как инфантильный подросток, которому все должно сходить с рук просто потому, что он «забавный».
Афоня не умеет отдавать. Он только берет: деньги у жильцов, эмоции у женщин. Вся его жизнь – это череда манипуляций. Он лжет в глаза, придумывает себе нелепые роли и имена (Вольдемар, Руслан, Дормидонт), чтобы не нести ответственности за свои слова, и сбегает при малейшем намеке на трудности.
Зритель привык оправдывать таких героев «трудной судьбой» и внутренним одиночеством. Но одиночество Афони – это его осознанный выбор. Ему просто никто не нужен.
Вся тяжесть фильма держится не на самом Афоне, а на людях, которые его окружают. Данелия мастерски показал галерею созависимых персонажей, каждый из которых пытается «спасти» Борщова, уничтожая при этом себя.
Штукатур Коля (Евгений Леонов) – классический «удобный» человек, не способный на агрессию. Он сбегает от собственной разрушенной семьи, чтобы стирать и варить макароны чужому пьющему мужику.
Больше всего мне жаль медсестру Катю. Десятилетиями ее образ считался эталоном светлой, жертвенной любви. С точки зрения современной психологии, Катя – человек с тяжелой формой синдрома спасателя и полным отсутствием самоуважения.
Она бегает за мужчиной, который ее игнорирует, прощает ему хамство, укладывается с ним в постель по первому зову, а на утро покорно слушает, что он просто «был пьян». Катя не любит реального Афоню. Она любит свою фантазию о том, как ее «святая» любовь исцелит этого бродягу. И именно ее жертвенность дает Афоне индульгенцию оставаться чудовищем.
Истинное лицо героя вскрывается в деревне. Тетя Фрося, вырастившая его, два года как мертва. Но даже перед смертью она занималась тем же, чем Коля и Катя: спасала Афоню от реальности. Она писала себе письма от его имени, чтобы защитить его репутацию перед соседями. Она взяла его предательство на себя.
Борщов узнает об этом случайно. И его слезы в пустом доме – это не раскаяние блудного сына. Это паника инфанта, который внезапно понял, что его главная защита исчезла. Больше нет безусловной любви, к которой можно было мысленно возвращаться, пока ты живешь в грязи и лжи.
К финалу картины герой загнан в угол. У него нет дома, нет работы, нет прошлого, нет тети Фроси. На аэродроме милиционер смотрит в его паспорт и видит зияющую пропасть между веселым мальчишкой на фото и выпотрошенным мужчиной в реальности.
Кажется, это конец. Момент истины, когда герою придется встретиться с самим собой.
И вдруг появляется Катя. С чемоданом. Готовая бросить все и ехать за ним на край света, потому что ей «кто-то позвонил».
Поверить в реальность этой сцены невозможно. Катя физически не могла узнать, где он. Она не могла приехать в этот глухой аэропорт. Логика сюжета разорвана. И объяснение этому только одно: Кати там нет.
Появление девушки – это галлюцинация, защитный механизм сломанной психики. Мозг Афони, не способный вынести тяжесть вины за смерть тети и крах собственной жизни, генерирует новый, идеальный «спасательный круг». Герой просто уходит в бред, где его снова кто-то любит ни за что.
Данелия оставил зрителям сладкую пилюлю, чтобы они ушли из кинотеатра с улыбкой. Но если смыть эту патоку, останется лишь леденящий финал: пустой человек стоит посреди пустого поля и улыбается миражу.
