6 января 1980 года на экраны вышла музыкальная комедия «Ах, водевиль, водевиль…». Режиссёром картины на «Мосфильме» назначили Георгия Юнгвальд-Хилькевича — после недавнего успеха «Д’Артаньяна и трёх мушкетёров» за ним закрепился статус мастера музыкального жанра.
За основу будущего фильма был взят шуточный водевиль актёра старой петербургской школы Петра Григорьева «Дочь русского актёра», однако в ходе работы над сценарием авторский текст был довольно сильно изменён.
Юнгвальд-Хилькевич задумал снять картину всего с несколькими актёрами, но каждый из них должен был быть настоящим бриллиантом. На роль прапорщика Ушицы режиссёр сразу пригласил Олега Табакова, с которым они вместе работали над «Мушкетёрами».
Табаков попросил у приятеля роль служанки Катеньки для своей жены Людмилы Крыловой. На тот момент она мало снималась в кино, и режиссёр поначалу сомневался. Однако Табаков так отрекомендовал супругу, что отказать было невозможно: «У нас на курсе Люда была самой лучшей студенткой, а я только плёлся в хвосте! Бери, не пожалеешь!».
На роль отставного актёра Лисичкина было два основных претендента — Георгий Бурков и Михаил Пуговкин. Режиссёр долго не решался позвонить Пуговкину, которого лично не знал, с предложением — слышал, что он снимается только у хороших знакомых. Однако, когда Хилькевич наконец набрал номер, оказалось, что Пуговкин является большим поклонником его фильма «Опасные гастроли».
Они немного поговорили, а потом актёр сказал, что подумает над предложением, и попросил выслать сценарий. Прошло уже несколько недель, а ответа от Пуговкина всё не было. Хилькевич уже заранее расстроился, но всё-таки решился позвонить снова.
«Ну как вам сценарий?» — робко спросил он. «Знаете, я совсем ничего не понял…» — ответил Пуговкин. «Да и не нужно!» — отшутился Хилькевич. «Ну тогда я согласен сниматься!» — неожиданно заключил актёр.
Дольше всего искали актрису на роль юной Верочки. Пробы прошли больше полусотни кандидаток, а главной из них стала Марина Дюжева. Все планы перемешались, когда в коридорах «Мосфильма» режиссёр случайно услышал музыку — в одном из залов показывали картину «Мой ласковый и нежный зверь» с Галиной Беляевой в главной роли.
Юная балерина сразу очаровала режиссёра с экрана, и он срочно начал разыскивать её контакты. Оказалось, что Беляева только поступила в Щукинское училище, и отпускать её на съёмки не хотели. В дело пришлось вмешаться мужу — режиссёру Эмилю Лотяну. С его помощью Беляеву удалось отпросить на площадку.
В водевиле молодая актриса снималась на ранних сроках беременности, так что танцевать ей было непросто. Сын Беляевой и Лотяну появился на свет через полгода после премьеры картины, так что «Ах, водевиль, водевиль…» и Эмиль Лотяну-младший — ровесники.
Главным украшением фильма стали песни композитора Максима Дунаевского на стихи поэта Леонида Дербенёва. Михаил Пуговкин и Олег Табаков пели в картине сами, а вот за Галину Беляеву песни исполняли профессиональные певицы Жанна Рождественская и Людмила Ларина. В музыкальных номерах снялись артистки Театра Оперетты, Театра Эстрады и Московского Мюзик-Холла.
Музыка была настолько важной частью картины, что комиссия, решившая ещё в процессе съёмок посмотреть водевиль без звука, раскритиковала материал в пух и прах.
От Хилькевича потребовали радикальных изменений, но он отказался наотрез и написал большое письмо директору «Мосфильма»: «Если вам не нравится мой оригинальный и ни на кого не похожий стиль, тогда пусть кто-то другой снимет очередную музыкальную болванку!».
При этом режиссёр даже был согласен уступить своё кресло кому-то из коллег, потому что жаль было распускать столь блестяще подобравшийся актёрский состав. В результате начальство киностудии пересмотрело материал и вынесло вердикт: «Режиссёра не трогать, пусть снимает, как хочет. Мы ещё будем гордиться этой картиной».
«Ах, водевиль, водевиль…» полюбился зрителям, а песни из фильма моментально ушли в народ — магнитофонные записи «Гадалки» и «Ах, этот вечер…» делали прямо с телевизионных трансляций. Музыку Максима Дунаевского планировали выпустить на пластинке фирмы «Мелодия», однако сам композитор в последний момент отказался от записи в пользу другого альбома.
