Богатырь земли русской Борис Невзоров

Добрых послежизненных странствий, Кормщик. Пусть тёплая лампада осветит путь твоей лунной дороги. Ты был такой большой, правдивый, надёжный и сильный. Родной такой и тёплый. Мы тебя любили.

И что по нынешним временам 72 года? Почти пора расцвета. У Бориса Георгиевича ещё дочка совсем маленькая. Только бегать начала… Казалось, живи да радуйся…

Измельчал нынче русский артист, всё больше какие-то попрыгунчики на шарнирах. А таких богатырей как Борис Невзоров земля словно и родить перестала. Да и сам типаж не сильно востребован. Богатыри в кадре появляются, но то всё больше пустоглазые качки, бритые клоны. Всё с пистолетами бегают, банки грабят да сейфы вскрывают, кости ломают друг другу да сквернословят.

Жизнь прожил очень он сложную, непростую, но очень хорошую. Родился в кубанской станице Староминская, потом переехал в Астрахань. Там и к театру приобщился. И всё как-то стеснялся своих габаритов.

Ему бы мешки ворочать в астраханском порту, а он всяких там мальчиков-колокольчиков в детских спектаклях играл, будучи принятым во вспомогательный состав астраханского ТЮЗа.

Потом добрые люди надоумили: поезжай в Москву, покажись, закрепись в кузнице талантов. Поехал да и взял штурмом Щепкинское училище. Три года отучился, и опять напала на него богатырская хандра. Опять к мешкам потянуло да к разным иным мужицким профессиям.

Да и увидел своими ясными голубыми глазами весь этот московский подхалимаж, зависть, интриги. Тошно стало… Но, промаявшись год, опять в Москву приехал и пошёл с самого начала театрально обучаться в студию МХАТ. Друзья его в шутку называли «Заслуженный студент республики». И, правда, Борис семь лет учился актёрскому ремеслу.

Но оно того стоило. Вошёл он в свои оболочки во всю мощь, почуял в себе силу богатырскую. Да и педагог хороший попался ему — Виктор Карлович Манюков. Он вырастил Игоря Квашу, Льва Дурова, Николая Караченцова, Евгения Киндинова, да и будущего Петра Первого — Дмитрия Золотухина. Манюков-то и вывел Невзорова из ступора чувств, пробудил сонного богатыря.

Как калика перехожия дал ему кваску из ковша волшебного попить. Да ещё и старостой курса назначил как самого фактурного, чтоб живей был. Когда он перестал думать о себе и начал думать о ролях, то страх ушел, и почуял он верную дорогу.

А первый фильм Бориса Невзорова так и назывался «Дорога». Он там снялся в главной роли, а потом ещё долго запрягал и ждал своего звёздного часа. Только когда ему тридцать лет минуло и подошёл его Иван Савватеич Рябов, вот тут он и вошёл в свои силы. И стал роли как орешки щёлкать.

И нащёлкал одних кинематографических ролей аж под 130 штук. Да если к этому ещё театральные работы прибавить, то эта цифра зашкалит за 200.

Браки артиста как-то равномерно распределялись по десятилетиям. Четыре жены было у Бориса Георгиевича, и каждая брачная история была своей не похожей на остальные песней. С первой женой Мариной бодался и бился 11 лет, как на качелях катался, но в итоге молодые расстались. О браке с Настей Ивановой уж писано-переписано.

Тут была большая любовь, взаимная. Она тоже была ученицей Манюкова. Не погибни она так нелепо, может быть жили бы они ещё долго. Ибо Борис Георгиевич её просто обожал. С третьей женой Аллой актёр прожил чуть больше 10 лет и расстался. Последние 10 лет была рядом с актёром четвёртая жена — Елена Хрипунова. И этот союз был крепким.

Был момент в жизни артиста, когда он метался в думах об эмиграции. Это было после ухода Анастасии. Сгонял пару раз в Америку с дочкой Полиной, пожил там, похлебал щи эмигрантской жизни, да и вернулся восвояси. Ибо понял, что совсем другим там становится. Да и тоска заедала.

Теперь-то его никакими коврижками в зарубежные дали не заманишь. Ясно дело — он родной земли человек.

В театрах у Бориса Георгиевича, в отличии от кино, была частая чехарда с простоями. Но вот в середине 1990-х годов прибился он к Театру им. Станиславского и дюжину лет там отслужил. А потом маятник судьбы вернул его в его альма-матер, в Малый театр, в школу которого когда-то поступил. Здесь, несмотря на то, что Малый театр достаточно требовательный к своей школе, он оказался абсолютно своим. В общем укоренился в нём артист Невзоров окончательно.

«Здорово ли ваше здоровье на все четыре ветра?» — говаривал кормщик Рябов. Да вот своё здоровье Борис Георгиевич не уберёг. Но видно час пробил былинному богатырю уйти в свою землю-матушку и ждать как Поток-богатырь и другие богатыри часа своего будущего пробужденья. А нам остались любовь да память о его душе.

Источник