— Максим, срочно принеси мне что-нибудь от комаров. Там, в машине где-то спрей был. Совершенно не дают загорать эти мелкие пакостники. Специально они их тут целыми стаями разводят, что ли! — громко возмущалась Карина, лежа на шезлонге во дворе у деревенской родни мужа.
Максим так и не понял, с чего вдруг жена решила, что в это лето отдыхать они будут именно здесь, в захолустной, Богом забытой деревеньке. В гости к себе двоюродный брат Тимофей их никогда не звал. Но и Максиму, и его брату с женой пришлось смириться с таким странным решением взбалмошной Карины.
Как все нормальные люди, каждое лето Максим с Кариной отправлялись на отдых к Средиземному морю. И подобный вариант отдыха мужчину весьма устраивал. Но сейчас они почему-то маялись здесь, испытывая на себе все «прелести» деревенской жизни.
— Ой, что это? — взвизгнула от неожиданности Карина.
— Лягушка! Лягушка! Она боится лягушек! — захохотали ребятишки, которые решили развлечься и положили рядом с гостьей на лежак представителя местной фауны.
— Максим! — голосила на всю округу перепуганная гостья. — Ты где? Немедленно убери это с меня! Какая гадость!
— Вы зачем хулиганите? Ух, я вас сейчас! Тётю Карину вон перепугали, — отругала дочь и сынишку мать.
— Зинаида, немедленно убери своих детей! Это же настоящие чертенята. Пусть идут к родственникам! — властно распорядилась Карина, едва придя в себя после происшествия. — Почему они меня так ненавидят? Что я им сделала? Вчера индюка натравили, сегодня лягушку подбросили. А завтра чего от них ждать? Яд в чай кинут? Нечего сказать, хорошо же вы детей воспитали. Да и шум от них постоянный, расслабиться даже не могу! Что это за отдых такой?
— Ну дорогая моя, ты же должна понимать… Мы не в отеле, это деревня, и здесь люди живут. И дети тоже… — начал Максим, которому было стыдно за реакцию жены.
Но хозяйка его перебила:
— Я тут подумала, что нашим детям действительно на это время лучше уйти к моим родителям. У нас сейчас тесновато, я и сегодня же отправлю их к бабушке.
— Зина, зачем ты пошла на поводу у этой истерички? Ещё чего! Дети ей наши, видите ли, не угодили! Дома будет командовать. Вот фифу Макс себе нашёл! — возмущался перед сном Тимофей.
— Ничего, потерпим. Надеюсь, они ненадолго. У нас здесь не Туреция какая-нибудь. Быстро надоест, — улыбнулась мужу Зина.
— Да уж конечно! Разве можно сравнивать нашу прекрасную деревню с какой-то провинцией! — пошутил супруг.
— Слушай, а чего эта придурковатая Карина меня про наш дом выспрашивала? — с удивлением вспомнила Зинаида.
— Да?
— Да. Интересовалась, сколько он стоит и на кого оформлен.
— Не знаю, зачем ей это. Может, от скуки? Этим городским обо всём знать надо. Даже о том, что их совсем не касается. Странные люди, — удивлённо покачал головой Тимофей.
— Какие планы на завтра? — спросила жена. — Чем будем удивлять твою избалованную родню? Давай-ка постараемся, чтобы они побыстрее от нас свалили.
— Максим мне баню заказал. Как будто мы обязаны их тут ублажать. Ну, устрою я им баньку. Так натоплю, надолго они тот пар запомнят!
— Ну что, Тимофей, баню-то истопил? Попариться хочу. С веником, да чтоб дух захватило. Я в кино видела, как это бывает. Вот хочу почувствовать на себе. Максим, ты же попаришь свою любимую жену? Надеюсь, не забыл, как это делается.
Карина, облачённая в белый купальник и широкополую красную шляпу, напоминала большой мухомор. Женщина лежала на шезлонге, который они с мужем привезли с собой. Рядом по двору ходили куры и удивлённо кудахтали, поглядывая на странную гостью.
Дом, в который пожаловали городские родственники, достался Тимофею от его деда, тоже Тимофея. Когда-то он сам срубил его с любовью для своей семьи. Он стоял на пригорке, а окна смотрели на широкую реку и густой тёмный лес за ней. И такая красота открывалась вокруг, что глаз невозможно отвести.
— Сто лет дом простоит ещё. Живи в нём, Тимоша, с женой и детишками. Тебе его и завещаю. Больше некому — все мои внуки по городам разъехались, а ты здесь, на земле живёшь и трудишься. Значит, тебе и домом владеть, — сказал дед незадолго до своего ухода.
— Ох, ну и баня у вас! Жарко так, что глаза на лоб лезут! Как же вы терпите такой пар? Нет, всё-таки ванна лучше, — раскрасневшаяся гостья в ярком банном халате и с махровым полотенцем на голове, вышла из парилки.
— Нам нравится, мы привычные, — просто ответил Тимофей. — С детства так паримся.
— С лёгким паром! — улыбаясь, произнесла Зинаида. — Чайку-то налить? С травой, сами собирали. Только что заварила. Ароматный и полезный.
— Ой, нет-нет! Не люблю я эти все ваши травы. Да и вкуса не понимаю, если честно. Дикий обычай — сорняки заваривать. Неужели нельзя купить нормальный чай — качественный и дорогой? — с брезгливостью на лице выдала Карина. — Максим, дай-ка мне лучше кока-колы. Там, в машине была.
— Сейчас принесу, — охотно отозвался супруг, который после парной тоже выглядел как кумач на полотнищах демонстрантов.
— А что ты планируешь нам на ужин приготовить, Зинаида? — вальяжно развалившись на шезлонге, решила уточнить гостья.
— Ну, у меня борщ свежий есть. Картошку можно с курицей в духовке запечь. А вы сами чего хотели бы? — спросила хозяйка.
— Нет, не пойдёт. Всё это очень жирно и калорийно! Мы такое не едим. Я с собой привезла брокколи и треску замороженную, в морозилку бросила. Вот это и приготовь нам в духовке. Да смотри — ни майонез, ни сметану не добавляй! — распорядилась Карина. — А то знаю я вас, любителей сала и жирной сметаны.
— Хорошо, как скажешь. Хотя, как по мне, так ничего вкуснее жареной курочки нет. Со сметанкой и чесночком! М-м-м!
— Никакого чесночка! И ещё кое-что. Прошлой ночью вы нас положили в комнате, которая выходит на солнечную сторону. Там душно. И диван неудобный, пружины торчат. Нам всю ночь пришлось мучиться с Максимом. Так и не уснули. У вас в доме почему-то нет кондиционера, а это некомфортно. И мы хотели бы ночевать в той комнате, что выходит на северную сторону. А ещё там большая новая кровать, — капризно выдала Карина.
— То есть, вы хотите спать в нашей спальне? — удивилась Зина, глядя на мужа.
— Ну да, именно там.
И хоть супруг делал Зинаиде всевозможные знаки и багровел лицом от злости, она согласилась.
— Хорошо. Желание гостя — закон. Сегодня ночуете в нашей спальне, — сказала хозяйка.
— Зачем ты согласилась? Что за блажь? Сплошные капризы! Вот Максим нашёл себе цацу. То то ей не так, то это не эдак! — возмущался Тимофей. — И когда только уберутся восвояси? Всех кур нам распугали своими пожарными шляпами и полосатыми купальниками. Да и перед соседями уже стыдно.
— Не ворчи ты. Это всё-таки твои родственники. Сам же мне часто рассказывал, как вы с Максом в детстве по деревне гоняли. Выросли вы вместе, значит, у вас много общего.
— Да, было когда-то… А теперь ничего общего между нами нет, как чужие, ей-богу, — задумчиво произнёс супруг.
— Зина, а где вас носит? И почему обед до сих пор не готов? — возмутилась на следующий день Карина, привычно загорая на своём шезлонге. — Мы проснулись, а хозяев нет.
— Картошку пололи, — устало ответила Зинаида.
— А вы могли бы и помочь. Полезно было бы размяться, — не сдержался Тимофей.
Наглость гостьи его уже выводила из себя.
— И обед можно было самим приготовить — не развалились бы, — продолжил он.
— Ну чего ты начинаешь? Мы без претензий, — извиняющимся тоном поспешил ответить Максим. — Картофель, конечно, надо пропалывать. Да только у нас с женой навыка к этому нет. Перепутаем траву с картошкой и оставим вас без урожая.
За обедом неугомонная гостья высказала очередное недовольство.
— Боже, как же у вас воняет во дворе! Ужас просто. Невозможно расслабиться во время загара! Хоть нос затыкай.
— Нормально, навозом пахнет. Как и должно пахнуть, — засмеялся Тимофей.
— Неужели вам самим это нравится? Ведь надо как-то бороться. Можно же обработать сарай и животных. Ну, я не знаю, освежителем каким-то попшикать. Каменный век, да и только! — продолжала Карина.
— Хорошо, завтра же купим освежители для свиней, а корове и бычку запретим навоз производить! — в шутливой форме поддержал беседу хозяин. — Строго-настрого запретим ходить в туалет!
— Нет, ну правда! — не замечая подвоха, продолжала гостья. — И эти ваши куры… Они же абсолютно наглые, ходят везде, где им вздумается. Всю траву во дворе загадили, невозможно и шага сделать, чтобы не вляпаться.
— И курам тоже запретим! — веселился Тимофей. — Составим петицию и заставим всех лично в ней расписаться. Всех своих животных и птиц.
Вечером муж спросил у Зины, когда вернутся дети, отправленные ею к родителям.
— Я уже соскучился по ним. Может, завтра и заберём? Хватит им там отсиживаться.
— Ой, нет, нет! Не надо детей. Пока мы с Максом здесь, никаких детей. Пусть поживут ещё у бабушки с дедушкой. Сейчас начнётся беготня, шум. Я отдыхать приехала, а не детские вопли слушать, — категорически запротестовала Карина.
Тимофей посмотрел недобро, мечтая в душе о том, чтобы гости побыстрее уехали домой.
— Тимофей, а почему этот дом вам с женой достался? Ведь у деда, кроме тебя, ещё внуки есть. Вот, мой Максим, например. Мы с ним тоже не отказались бы от части в этом доме, — резко сменила гостья тему.
Она долго готовилась. На мужа в этом деле полагаться бесполезно, он мямля. Ничего потребовать сам не сможет. Третий день живут, а он — ни-ни! А ведь ради этого они сюда и ехали. Чтобы выяснить, в чём дело. И не обманул ли всех хитрый Тимофей, единолично завладев добротным дедовским домом.
Разговор этот происходил во дворе. А со стороны соседского дома, опершись на деревянный забор, привычно попыхивал папироской сосед, дед Макар. Старик жил один и по причине своего одиночества частенько становился свидетелем и участником чужих разборок и разговоров.
Сейчас же, слушая беседу соседей со своими гостями, он снисходительно усмехнулся. Потом плюнул на папироску и затушил её о подошву старого ботинка.
— А ты, Максик, чего ж молчишь? Почему сам не требуешь долю в дедовом доме, а? Или считаешь, что ты недостоин? — обратился он к притихшему Максиму.
— Почему это недостоин? Я тоже внук. Родной, — вдруг приосанился он. — И я имею право.
— Да ну! Вот удивил, так удивил! И откуда же у тебя такие права появились? — продолжал сосед.
— Как это откуда? По закону! — вдруг выдала Карина.
— Ты, девка, помолчи. Не с тобой я беседу веду. С мужем твоим. Может, ты, Максик, умчавшись жить в город, регулярно приезжал сюда к деду? Привозил ему гостинцы, дорогие лекарства, когда он занемог. Было такое? Или помогал ему по хозяйству — сажал, полол и копал картошку. В погреб её опускал. Огурцы и помидоры с капустой поливал жаркими летними вечерами? А может, ты, Максимушка, помогал деду дом в порядке содержать? Ремонтировал его, мыл и чистил, дрова заготавливал? А может, ты, наглец эдакий, приехал сюда, когда дед слёг, и ухаживал за ним полгода за лежачим? Было такое? Или не было? Отвечай мне! То-то же! Внук родной. Ты хоть одно письмецо прислал деду за эти годы?
Максим стоял молча, ни на кого не смотрел. Сказать ему было нечего. Прав был дед Макар. И парировать нечем.
— Позвольте! — вдруг вклинилась Карина. — Это всё сантименты, а есть закон. И родня по закону остаётся роднёй, даже если они долго не видятся. И нам с мужем тоже положена часть от этого дома!
— Дырку от бублика тебе, а не дом! Не заслужили, поэтому и не получили. По завещанию у него один владелец. Я сам документ видел, пока мой сосед Тимофей жив был. А ты в городе у себя будешь права качать, — ответил старик гостье.
— А вы не лезьте в наши разговоры, вы вообще посторонний! — завопила она громко.
— Я, может, и посторонний, а вот знаю, кто ему помогал всегда, деду своему. Младший Тимошка. Ему и дом потому. По всем законам так правильно будет! А вас здесь не было никогда! И ещё столько бы не видеть таких дельцов! — хитро засмеялся старый Макар, не обращая внимания на слова Карины.
— Ну, знаете! Это уже открытое хамство! Чтобы какая-то деревенщина меня оскорбляла! Не бывать этому! Собирайся, Максим, мы уезжаем. Я же вижу, что нам здесь не рады! Да и доля в этом доме тебе всё равно не обломится. Это уже и так понятно. Обхитрили они нас. Все тут заодно.
Гости уехали, распугав всех окрестных ворон, которые уже устроились на ночлег на ветках деревьев.
— Спасибо тебе, Макар Иваныч! Помог выгнать наглецов. Таких гостей приветишь — и вра гов не надо. Может, я за детьми быстро сбегаю? — обрадовался Тимофей.
— Давай. Сама уже по ним соскучилась, — согласилась Зина.
Больше таких гостей им не надо. Да они и не приедут. Надобность уже отпала.
