Вспомним сегодня фмльм «Человек в футляре» (1939) Исидора Анненского. Режиссёр удивительно умел соединять смешное и – ужасное в своих экранизациях Антона Чехова, то есть следовал внутреннему настроению писателя. Хотя… Анненский, выступавший и как сценарист, всегда что-то добавлял к повествованию.
Ещё в советские времена довелось прочесть литературоведческую фразу «трагедия человека в футляре». Хм, — подумалось мне, — если бы этот Беликов мучился сам, так и Бог с ним, так он подчинил своему «футлярству» гимназию и, по сути, весь городок. При том, что сам по себе он – ничтожнейшая личность, слабак и пугливое насекомое. Что-то, вроде «Тарканища» Корнея Чуковского.
Хотя, учитель Коваленко (в фильме его сыграл Михаил Жаров) называет Беликова пауком. Режиссёр идеально подобрал внешность актёра на роль футлярщика – загримированный и сгорбившийся Николай Хмелёв с тёмными спутанными волосами – это реально паук. В рассказе многое дано штрихами – Анненский расширил и углубил для пущей кинематографичности. Чёрные, косые тени добавляют жути.
Гимназические учителя, их начальники и особенно жёны, в принципе, недурные люди. Они хотят веселиться, попивать винишко на праздники, танцевать и устраивать самодеятельные спектакли, как это было модно в ту пору. Дивно обаятельна жена инспектора в исполнении Фаины Раневской. Она произносит фразу, которой нет в рассказе: «Я никогда не была красивой, но всегда была чертовски мила».
Это, как выяснилось, импровизация самой Фаины Георгиевны. Или… реплика сценария, ставшая её личным девизом. Однако все эти вполне разумные сапиенсы боятся учителя Беликова с его «как бы чего не вышло». Он обожает писать доносы и мелко пакостить. Не из личной подлости, а из …страха, что кто-то нарушил пунктик уложения и теперь мир стопроцентно рухнет.
И вот пошляются они – брат и сестра Коваленко. Варенька чудо как хороша (Ольга Андровская) и даже футляр-Беликов начинает влюбляться. Все полагают, что чувства наконец-то проснутся в этом пауке, но – увы. Он и тут со своими рескриптами. Точка кипения – девушка на велосипеде. Кстати, в 1890-х это шокировало не только беликовых, а вообще многих типа-моралистов.
Даже в Париже, где иные обыватели считали, что педали крутят лишь куртизанки, дабы являть ноги да вилять бёдрами. Конечно, Беликов рассвирепел, был изгнан красавцем Коваленко и сверзился с лестницы. Что характерно, cмepть Беликова от перенапряжения и позора в тексте Чехова – это некая символическая точка.
В киноверсии брата с сестрой изгоняют из города, сочтя основной причиной гибели «достойнейшего члена общества». Они сами подхихикивали над футляром, а потом выяснилось, что он был им нужен, как социальный ориентир. Вопрос Чехова и Анненского: не носим ли мы те самые футляры? Большинство людей имеет свой футляр – к счастью, не столь адский, как у Беликова.
