Давайте вспомним дивный фильм-оперу «Евгений Онегин» (1958) ленфильмовца Романа Тихомирова. Здесь прекрасно всё – красота актёров и голоса исполнителей, погода и природа, платья и фраки.
Разумеется, вещь сугубо театральная и довольно поверхностная, без прорисовки характеров, но экранизировано либретто, а не роман-поэма. Божественная Ариадна Шенгелая в образе Татьяны, хорошенькая Светлана Немоляева в роли Оленьки (кстати, есть возможность увидеть, как выглядела Ольга Рыжова в момент её романа с Самохваловым), изящный Игорь Озеров – Ленский и, наконец, Вадим Медведев в маске Евгения Онегина.
Да, именно в маске, потому что актёр был намного старше и самого Онегина, и молодых коллег. Однако выбор не так уж плох – Медведев смотрится, как рисунок из парижского или британского журнала мод той эпохи. Киноработа столь хорошо выстроена, что даже человек, далёкий от интереса к опере, тут же забывает, что никто не говорит в кадре – всё поют. Всё – поёт. Изумительная гармония цвета, звука, рифмы.
Кстати, в фильме очень хорошо показано, что Таня влюбилась именно в …иллюстрацию, а не в человека (а хомо-сапиенсом наш Евгений был не очень…). Так что же за текст я обнаружила? «Холодный идол русской литературы» — с подзаголовком, что верность Татьяны Лариной – это …инструкция по убийству любви. О, как! Уж до Татьяны дотянулись кого-то мерзкие ручонки. Ссылку давать не буду – я не пиарщица. Оно легко ищется по названию.
Итак, по мнению автора, Танюша должна была кинуться в объятия истаскавшегося денди (точнее, он «как денди», что не одно и то же), забыть себя и мужа, долг и смысл, выставить себя на позорище пред светом и двором, где генерала привечают. Господи, а какие там (некоторые!) комментарии – хоть кропи экран компьютера святой водой… Откуда сие повылазило? Я-то советская тётка, привыкла к тому, что замужняя Татьяна – пример нормальности.
Ибо нормальность – это долг. Ну, как можно сделать подлость этому герою войны, который обожает свою Таню и не только за природную красу, но и за усвоенные правила бытия? Да, многие светские львицы нарушали заветы (иной раз даже с царём), но были и такие, как генеральская жена Татьяна – их реально уважали за ту чистоту. И Шенгелая роскошно сыграла эту царицу балов – роскошна и …не распутна. Все прелести вручены супругу.
Остальным же – любоваться. Посмотрите, как Шенгелая сыграла лицом после того, как закрыла за Онегиным дверь и встала этаким монументом, словно бы не пуская соблазн в свою жизнь. В той статье бесконечно муссировалась тема «счастья».
С этим самым счастьем нынче носятся и обыватели, и психологи, и авторы статей. Мол, изменила – зато счастлива. Дошло до того, что некоторых гениев считают «несчастными», так как у них, к примеру, не было той самой любви.
Если вы помните элоев из «Машины времени» Герберта Уэллса, то поймёте, о чём я – общество стремительно деградирует, скатываясь к тем самым элоям. Тотальное счастьице – без долга, смыслов, дерзаний, размышлений, отказов от подлых решений в пользу сиюминутной похоти-прихоти. Или ещё – процедура осчастливливания в детской фантастике «Отроки во вселенной» (1974) – это самое страшное, что может быть с человеком-разумным.
Но это всё – философия, наверное. А фильм-опера действительно чудесен. Повсюду – цветы, а девы и дамы на балу – такой же цветник. Всё движется в ритме гармонии. Однако чуточку придерусь – звучит слово «котильон», а танцуют мазурку. Ах, я уподобилось тем душнилам, что бесконечно пишут о «не тех заклёпках и неправильной форме». Но мне можно – я сим не злоупотребляю…
