Культовый фильм «Вертикаль». Легендарные песни и неопытность режиссёров

Фильм «Вертикаль» с песнями Высоцкого и альпинистской романтикой стал явлением для своего времени. Ничего подобного доселе наш кинематограф не снимал. Была снята получасовая картина «Если б горы могли говорить» в 1958 году. Но это был больше научно-популярный киноотчёт о реальных людях работающих в горах: спасателях, альпинистах и горных туристах. Ещё раньше в 1952 году вышла на Грузия-фильм картина «Покорители вершин», где была затронута тема альпинизма.

В стране с конца 1950-х десятки тысяч людей болели туризмом и альпинизмом и горной романтикой, покоряли вершины, жили и бредили горами, а фильмов по этой тематике совсем не было. Поэтому «Вертикаль» имела такой оглушительный успех. И шесть песен Высоцкого из фильма тоже. Люди ходили с блокнотами на киносеансы, пытаясь успеть записать слова культовых песен. Именно популярность фильма позволила на «Мелодии» выпустить пластинку с 4 песнями В. Высоцкого из «Вертикали», которая сразу стала хитовой, и с этого момента стала развиваться всесоюзная слава автора песен..

Зрители, особенно диванные интеллигенты, были в восторге от фильма, но люди знающие альпинизм и горы не понаслышке конечно сразу увидели все условности, небрежности и фальшивые придумки киношедевра и только тихо посмеивались над видеорядом в заросшие до глаз рыжие бороды.

И правда, если начать детально разбирать фильм «Вертикаль» альпинистски правдиво, то он не выдержит никакой критики.

Сама группа больше похожа на каких-то заговорщиков, которые тайно собираются покорить доселе непокорённую вершину на Кавказе. Это странное собрание вначале фильма, больше похоже на собрание эсэров перед бомбометанием. Альпинисты того времени всё делали максимально открыто, ставили в известность как можно больше людей из КСО, серьёзных организацией и служб. Перед выходом на маршрут все кандидатуры обсуждались и представлялись, подавались путевые листы с описанием маршрута и проч. В фильме же о маршруте знает только старый сван Виссарион, который оплакивает своего сына Илико.

На счёт непокоренности тоже какой-то странный загиб. Все горы Кавказа к середине 60-х были покорены многократно. Вымышленная гора Ор-Тау, напоминает Ушбу. Но и Ушбу и все другие крутые горы Кавказа покорили ещё 19-м веке. Для этого надо только пролистать историю кавказских восхождений.

Смешит, что матёрый альпинист Виталий Ломов ещё вначале требует беспрекословного подчинения своим приказам. Ну а как иначе в горах? Да и не только в горах. На маршруте как в армии — слово командира — закон. Если его не будут слушаться и подчиняться его приказам, то дело швах.

Странно, что в фильме были такие крутые консультанты как Михаил Ануфриков, Шалико Маргиани и Джумбер Кахиани, Леонид Елисеев, но они не вразумили начинающих режиссёров С. Говорухина и Б. Дурова совершенно. Возможно, что Станислав Говорухин имея небольшой альпинистский опыт посчитал, что этого вполне достаточно. Но скорей всего, что погнавшись за художественной составляющей картины режиссёры полностью отошли от реальности и альпинистской правды жизни, приняв полную условность во всём.

Поэтому как только группа окончив прелюдии вышла на маршрут началась скорей горная комедия, чем трагедия в горах. Количество несуразностей в фильме зашкаливает. Под песни Высоцкого нам демонстрируют красивые виды Кавказа, многократно показывают Ушбу, ледник Кашкаташ, Джантуганское плато. Правда часто в кадр вползает тень от лопастей вертолёта. Ну, это всё издержки производства.

Группа демонстрирует неплохие навыки в продвижении по простым снежно-ледовым склонам. Всё снято очень хитро, такими планами, чтобы не было видно, что это всё снято в предгорьях близ равнины. Уже в этих кадрах удивляешься легкомысленности группы. Где каски, где очки? Каска почему-то в группе одна, и та вскоре исчезает. Очки видны у одного на лбу, кстати именно у того кто потом временно ослепнет. Пройдя ледопад к вечеру альпинисты выходят под стену, ставят палатку и начинают варить ужин в явно видимой эмалированной кастрюле. В подобных кастрюлях домохозяйки варят щи дома.

Связавшись с радистом Володей, они получают сообщение о прекрасной погоде. Рация у героя Высоцкого крутейшая. Такие в то время были наверно только у КГБ и американцев во Вьетнаме. Утром группа выходит на стену. Несмотря на то, что при показе снизу, стена была вся заснежена, на пути им попадаются исключительно тёплые и сухие скалы. Не сняв рюкзака, Никитин лезет на трении по стенке, а Геннадий страхует его, сделав всё возможное, чтобы в случае срыва Никитина самому остаться без левой руки. Хорошо ещё додумался надеть рукавицы.

Долго и нудно лезет Никитин вверх под музыку Софьи Губайдуллиной. Сцена восхождения затянута и скучна. Почему-то не спасает даже красота гор в кадре. Режиссёрам явно надо было как-то убивать экранное время! В это время очки у всех сняты. Все пижонят. А больше всех пижонит супермен Геннадий — любитель женского пола и особых острых ощущений. Такие пижоны в горах смертельно опасны.

Тут Рита обрушивает камень, и под камнепад, прямо таки похоронным голосом Игоря Кириллова, зрителям сообщают о надвигающемся страшном циклоне. Ужасные сообщения начальника метеослужбы сыпятся как из рога изобилия на зрителей, как-будто началась война. Радист Володя конечно же встревожен и ждёт сеанса связи с группой.

Вечернюю связь группа прошляпила, ограничившись ракетой. С утренней связью, видимо, та же фигня, поскольку группа продолжает ползти вверх. Дальше нехороший человек — натуральный редиска — Геннадий, совершает свой подлый поступок в отношении группы, скрыв новость о приходе циклона.

Альпинисты играюче просачиваются через сложные лабиринты всяких горных полочек и становятся на ночёвку прямо над стеной на плече горы. Суперски проскочили самую сложную часть восхождения. Хотя как это было — камера нам не показала.

Утром группа под злобные завывания ветра уходит на штурм вершины. Дальше фотосессия в стиле 2020-х годов, улыбки счастья. Прямо в стиле современных соцсетей. Впрочем, если учесть что всё делается почти под грифом «секретно», то тогда непонятно для кого эта фотосессия. Кстати погода на вершине отличная, хотя накануне штурма вершины она явно испортилась.

Дальше спуск при усиливающейся непогоде. С этого момента фильма почти каждый кадр — сказка про белого бычка. Вроде трагедия, но веселит полная неправдоподобность всего что запечатлевает камера. «Смешались в кучу, кони, люди»… Режиссёры уже сами не понимают за что цепляться. Тут и героика военных лет должна быть освещена и победа человеческого духа над стихией. Ну если с героикой всё вырулили. Кадры хроники помогли. То вот героика горе-группы ну никак не выруливалась во что-то поистине героическое.

Можно конечно сослаться на то что у всей группы, кроме Риты, началась «горняжка». Ну и сто несчастий на головы восходителей высыпались: камнепады, лавины, ливни и грозы. Безмолвный Никитин, поражённый молнией, странно выживший, повис обузой на плечах товарищей. Мужественный командир Виталий Ломов, как-то сразу потерял свой голливудский шарм, а заодно и авторитет. Его конечно пытаются режиссёры рисовать в кадре суперменом, но он уже тоже такой же неадекват как и остальные.

Группа приходит к месту лагеря, и тут их настигает очередной казус – палатку смело лавиной. Откуда она сошла осталось неясным. Склон явно нелавиноопасный. Никаких следов схода лавины в кадре не видно. Ломов приказывает рыть снежную пещеру. Откуда-то взялась лопата. Видно для лавины она оказалась слишком тяжелой. С помощью лопаты и ледоруба Ломов и Рита вырыли такую медвежью берлогу, что медвежье семейство бы обзавидовалось.

Дальше у героев начинают пропадать вещи, которые были на них. Куда-то деваются перчатки, шапки, очки. Ну, сущие дети! Им надо было бы всем рукавички как детям верёвочками перехлёстом через шею перевязать и шапочки гвоздиками прибить к головке.

Ломов оставляет Риту с полуживым Никитиным в суперберлоге. А сам с жалким пижоном Геной идёт вниз. При этом Рите он «оптимистично» так заявляет, что спасатели если придут, то дней через пять, не раньше! Мол тяни девушка часов своих тяжёлую мякину и не жужжи. Он оставляет их с отсыревшими спичками и двумя банками консервов, плиткой шоколада и тремя яблоками. Хороший запас еды на пять дней! В общем гудбай, бэби, и не мёрзни, детка!

У Геннадия начинается снежная слепота. С чего и почему — вопрос. Если вся группа манкировала очками, то ослепнуть должны были все. Геннадий выглядит жалким, полностью потерявшим самообладание человеком. Найдя палатку Илико с его окоченевшим трупом, офигевшая от приключений парочка ночуют там вместе с покойником.

Правда и тут ворвалась героика. Ломов читает записку Илико из которой стало ясно, что матёрый альпинист, почти прототип Михаила Хергиани (кстати, который был как раз был Виссарионович, но был взят горами лишь в 1971 году) покорил вершину (значит они — не первые) и погиб не сколько из-за сломанной ноги, сколь от того что не сумел открыть банку консервов. Конгениально. Альпинист без ножа это нонсенс. В конце концов мог бы шмякнуть по банке аккуратно ледорубом. Да и сама тема консервов в высокогорье нелепа. Ибо на восхождение брали другие продукты: сухари, шоколад, курагу, другие сухофрукты.

Отдельный смех вызвала сцена где Ломов лупит окоченевшего, деморализованного Геннадия по рукам. Сначала он сладострастно хлещет по ним куском верёвки, после чего сурово советует Геннадию, чтобы он растирал руки осторожно, дескать, кожу иначе содрать можно. Что это за метод? Почему не растёр снегом и т.д. Куда делись их пуховки, почему герои остались в одних свитерах? Количество вещей на героях вообще сокращается и сокращается. Они что костры из них жгли что ли?

Сван-одиночка так установил палатку, что она не один год простояла, и никакая лавина её не унесла. Естественно возникает вопрос — почему же тогда унесло палатку наших героев? Герои находят примус с бензином, которым обогреваются чуть ли не всю ночь. На самом деле даже если бы герои и раскачали примус, то он бы горел недолго. Да и много не нагреешься от него. Героям жутко холодно, но они видимо уже отморозились настолько не чувствуют боли. Разговоры под тихое пение примуса уже край их жизни. В реальности к утру бы там были два окоченевших покойника. Но кино продолжается.

Утром командир легкомысленно бросает своего горе-кореша с повязкой на глазах на верную смерть и уходит вниз к Володе и Ларисе. Обещает вернуться и просит бедолагу никуда не уходить. Это очень странный поступок командира. Почти преступный. Но почему-то он оценивается как верно-героический. Вообще похоже что первым у кого началась «горняжка» был как раз Ломов. Кстати, это весьма чётко прослеживается, когда под лёгкое колыхание примуса у него начинают мешаться нынешние представленья с военными. Он же фронтовик. В кадре идёт военная хроника. Она эффекта и реальна. Хотелось бы её побольше в кадре. Найденные в снегу гильзы под песню Высоцкого смотрятся щемяще правдоподобно.

И вот Ломов доходит до палатки Володи и Ларисы. И наступает весьма странный хэппи-энд. Кое как Володя с Ларисой добрались до кротом ползающего Геннадия, который почему-то находится совершенно в иной местности, а не там где его оставил Ломов. Причём Геннадию командир приказал сидеть и ждать, но тот видно прополз на карачках огромное расстояние, вслепую спускаясь по склону. Это полный бред. И почему-то вдруг у него уже нет повязки на глазах. Видать вылечил снежную слепоту бабкиными заговорами. И вообще заговорил себя от обмерзания тела.

Самое странное, что вообще не показали как спасали брошенных на ещё большей высоте Риту и Сашу Никитина. И вообще — где спасатели? Ломов что-то там промямлил Володе про спасателей и врача для Саши, когда они его заносили в палатку. Но никого не видать: ни коллег-альпинистов, ни спасателей. Ну точно ребята зашифровались по полной программе. Лариса конечно врач, но она по сценарию не альпинист и выше альплагеря подняться в горы не сумела бы. Кто спасал пару в снежной пещере осталось за кадром.

На фоне всего этого альпинистского безобразия самой драматичной части фильма так выигрышно смотрится финал картины и сцена на вокзале. Какая прелесть. Все живы и здоровы. Аки воскресли. Вместо грустных Ларисы и Володи с четырьмя цинковыми гробами, домой возвращается веселая компашка, как-будто все приехали с горного пикника. У Геннадия лишь ручки слегка обмотаны, он весел, его встречает очередная мадам с ребёнком. И дальше он будет жить таким же вертопрахом. Видать ничему его горы и жёсткий экстрим не научили. Остальные все свежи как огурчики. Звучит очередная культовая песня Высоцкого, душа наполняется ностальгическими чувствами, прошибает до слезы. И эта последняя сцена словно покрывает всю кинонемощь молодых неопытных режиссёров-дипломников Говорухина и Дурова.

Станислав Сергеевич не остановился на «Вертикали» и через пару лет снял другой фильм в тех же краях «Белый взрыв». Стоит сказать, что второй его фильм намного лучше и правдивей. Видать уже поднаторел в искусстве горных киносъёмок. Игра Джигарханяна и Гурченко прекрасна. Они там словно подготовились к «Старым стенам». Нашлась маленькая роль в «Белом взрыве» и Высоцкому. Опять второстепенная.

Интересно, что если бы сначала Говорухин снял «Белый взрыв», а потом «Вертикаль», то всё было бы намного логичней. Сюжет первого военного фильма-восхождения явно бы наслоился бы на второй фильм-восхождение, 20 лет спустя.

Но какой бы не был фильм «Вертикаль» неуклюжий и немощный, чудовищно-косячный, он сыграл очень большую роль в нашей кинокультуре.

Странно, но после к альпинистско-горной романтике наши режиссёры почти не подбирались. Были фильмы «Миг удачи» и «Белое проклятие». Они больше про горы, чем про покорения вершин.

Настоящим фильмом про альпинистов можно считать кинополотно Вадима Михайлова «Пока стоят горы» 1975 года. Вот во истину доброкачественная, зрелая киноработа, которой могут позавидовать и заграничные господа. Странно что фильм получил так мало огласки и в итоге не перебил масть у «Вертикали». Фильм все забыли.

Режиссёр Вадим Михайлов имел большой опыт восхождений, и был опытнейшим альпинистом. Поэтому в его фильме каждый шаг и каждая мелочь предусмотрена и его драма в горах снята на пять с плюсом. И Маргарита Терехова там так прекрасна, и не жеманничает, а просто светит прекрасным лицом. И все актёры и инструкторы по альпинизму выполнили свою работу великолепно. Кстати в фильме из приёмника часто доносятся песни Высоцкого из «Вертикали». Ну ещё бы культовый фильм и легендарные песни!

Оцените статью
Культовый фильм «Вертикаль». Легендарные песни и неопытность режиссёров
Лирическая комедия «Где находится нофелет?»: фокус от Акопяна и недовольство Панкратова-Черного