Личные записи в дневниках Георгия Буркова сломали все стереотипы о нём, как о человеке

Многие в курсе о том, что нрав у Георгия Буркова был крайне непростой. Как в коммуникации, так и на личном. Но таланта ему было не отнимать. Увы, «отнять» его смог лишь ранний уход из жизни.

Многие называли его антисоветчиком, занудой, пьяницей и дебоширом. Да и просто вредным человеком. Но его друзья отзывались о нём хорошо: были уверены, что он хороший товарищ, весёлый, искрометный, но не каждому удавалось, мол, понять его юмор.

1958 год:

«Мне уже 25 лет. Этого не следует забывать. В перспективе остается не так уж много – легкомысленные иллюзии на этот счет смешны…

…Если после своего рождения 25 лет я провел с преступным беспутством, растранжирил все 25 лет почти что попусту, то последующие годы, вплоть до дня смерти, я должен трудиться, трудиться и трудиться!»

О первой поездке в Москву:

«Ожидание было томительным и неспокойным. И когда я уже выходил из Мавзолея, мной овладело непонятное чувство неудовлетворенности, чувство обманутого кем-то человека. Я ждал чего-то необыкновенно-торжественного… А увидел обыкновенного лысого человека с зеленовато-бледной кожей на лице и руках, с маленькой рыжей бородкой и огромным лбом. Вразрез с моими ожиданиями шла и та привычная деловитость, с которой работники органов безопасности командовали людским потоком»

«…Почему в людях живет тяга к боготворению отдельных личностей-вождей, богов и пр.? Что, это следствие индивидуализма?»

1959 год:

«Трудно привыкнуть к бесконечности пространства во Вселенной, еще труднее привыкнуть к бесконечности времени в жизни Вселенной. Наша жизнь ничтожно коротка, и мы меряем океан ковшами, поэтому нам трудно почувствовать и принять всю Вселенную.

Когда люди будут свободно передвигаться во Вселенной – сколько мировых трагедий и необыкновенных историй откроет перед нами Вселенная! Вряд ли доживу до тех дней. Но и не жалею, что родился «рано»

1962 год:

«У меня на глазах машина переехала собаку. Удивительно просто: бежала собака, какая-то породистая собака, я не знаю, как называется эта порода, но такие собаки мне нравятся, у них большие уши, веселый нос и добродушный характер, она выбежала на середину дамбы, и ее подшиб, подмял грузовик с прицепом. Очень просто. Я пишу, у меня дрожит душа, и меня раздражают обыкновенные слова, которыми мне приходится передавать эту дрожь на бумаге. Я никогда не забуду крика этой собаки! Никогда! …»

«Я еще раз прошел мимо того места, где машина сбила собаку. Она сидела на дамбе живая. Около нее лежал кусок хлеба. Кто-то пожалел и бросил. Глаза! Глаза! Я хочу, чтобы ты всегда сидела, собака, на моем пути, чтобы каждый день душили меня слезы при виде твоих глаз, чтобы однажды я не выдержал и закричал на весь город, на весь мир от боли…»

1963 год:

«Господи! Министерство культуры! И еще целый ряд организаций! Когда вы нас избавите от невежества, от дилетантства облаченных властью?! Когда вы нас освободите от самодовольного консерватизма и молодящегося рутинерства? Когда можно будет заниматься искусством, не растрачивая свои лучшие силы на попытки обойти гору, на которой написано: «Так было и так должно остаться»?!»

1965 год:

«Тускнеют идеалы, слабеет вера в справедливость. Расчет, цинизм, делячество, приспособленчество – вот что процветает! Люди не мудрствуют лукаво. Живут для себя. Эгоизм становится нормой. «Материальная заинтересованность». Но меня уже не это интересует. Остались ли чудаки? Дон Кихоты?»

1969 год:

«Все мы – концлагерная самодеятельность. Очередь за пивом – антиправительственная демонстрация»

1970 год:

«Мне исполнилось 37 лет… Я готов к чему-то гораздо большему, нежели делал до сих пор… Настало время свершений. Время сладострастное и опасное. Я готов играть Гамлета, Тимона, Ричарда, Ван Гога, Дон Кихота, Фауста, Мефистофеля, Каина, Мастера, Лоренцаччо, Федю Протасова, Годунова, царя Федора и пр. пр. Я готов и отвечаю за гениальность исполнения!»

Впереди у него было всего двадцать лет. И он не успел сыграть ничего из того, что так хотел. Гамлет и Дон Кихот так и остались в мечтах.

Но зато есть его незабываемые роли в фильмах Эльдара Рязанова и Василия Шукшина, Сергея Соловьева и Карена Шахназарова и еще многих наших режиссеров. И его роли, как и фильмы, в которых он участвовал, навсегда вошли в Золотой фонд отечественного кино.

Источник