Отношения с Ириной Павловной, будущей свекровью, у Ани испортились еще до свадьбы, причем, что послужило тому причиной, она не знала. Вроде давно мечтала женить сына, внуков хотела, все возмущалась, что Аня с Димой живут без официальной регистрации – упоминала об этом в каждом разговоре, сетовала на их «раздолбайство» и «неорганизованность».
И вот когда они, наконец, решили пожениться, вдруг невзлюбила невестку.
Общались они теперь только на повышенных тонах: любой разговор непременно приводил к конфликту. Оказалось, что Аня и хозяйка плохая, и жена нехорошая, и мать из нее уж наверняка будет никудышная – Ирина Павловна прямо так и говорила. Мол, страшно тебе доверять будущего внука. Аня злилась, огрызалась:
— Мы этого внука еще даже не планировали, а вам уже страшно!
— Да, мне уже страшно. Потому что я вижу, что ты из себя представляешь. За собакой-то нормально ухаживать не умеешь, что уж о ребенке говорить?
— А что не так с собакой? – искренне удивилась Аня.
Ирина Павловна поморщилась, отмахнулась: не хочу, мол, разговаривать. Раздраженно окинула будущую невестку взглядом, поджала губы и вдруг выдала:
— Свадьбу будете отмечать по-людски. А то слышала я про ваши планы.
— Как понять – по-людски? – уточнила Аня. – А мы как планировали? Не по-людски?
— Ну, просто прийти в ЗАГС и поставить подписи… Нужно праздник устроить, столы накрыть, родственников позвать.
— Зачем?
— Как – зачем? Аня! Ну, ты как с луны свалилась! Чтобы отметить!
— А если мы не хотим?
— Хотите, не хотите, а надо, — твердо ответила Ирина Павловна. – Как это называется: расписаться и все? А что люди скажут?
— Да мне вообще все равно, что они скажут! Вот прямо до лампочки! Свадьба наша, и отмечать мы ее будем так, как хотим мы, а не какие-то там люди!
Свекровь с видом древнего мудреца подняла вверх указательный палец, собираясь что-то сказать, но тут загремел в замочной скважине ключ.
— Дима пришел! – обрадовалась Аня. – Вот он сейчас и скажет, какая у нас будет свадьба.
— Ой, можно подумать, он что-то в этом соображает, — скривила губы Ирина Павловна. – Тоже только из ясельного возраста вышел!
Дима выглядел уставшим. Сел на низенькую скамеечку, снял с ног черные классические туфли, пожаловался:
— Жарко сильно. В закрытой обуви некомфортно ходить. А в сандалиях на работе как-то не очень… Не поймут.
— Скоро спадет уже жара, — улыбнулась Аня. – Уже и сентябрь на носу.
Последние дни августа и правда выдались необычайно знойными, будто солнце решило отыграться за все лето. В июле шли дожди с грозами, июнь и вовсе был похож на май – такой погоды уже давно не было в их широтах.
В августе же установилась небывалая жара, столбик термометра зашкаливал, угрожая лопнуть от перенапряжения. Город словно накрыли раскаленной сковородой, и выходить улицу в середине дня было равносильно самоубийству.
— Именно поэтому мы не хотим устраивать торжественные посиделки, — сказала Аня. – Просто распишемся и все. Кто захочет, тот поздравит, а мы лучше съездим куда-нибудь в Таиланд на те деньги, что могли бы за банкет отдать. Да, Дим?
Она вопросительно взглянула на жениха. Тот кивнул.
— Вообще не вижу смысла в этих пиршествах. Это уже давно не модно.
— Не модно им! – возмутилась Ирина Павловна. – А что я родственникам скажу? Что вы по-тихому, как шпионы, сходили, расписались и все?
— Ну, примерно так и скажи, — засмеялся Дима и встал. – Ань, что у нас на ужин?
Аня убежала на кухню накрывать стол. Расставляя тарелки, она невольно улыбалась себе под нос, напевала какую-то песенку с незамысловатым мотивом. Из прихожей доносились голоса Ирины Павловны и Димы: они бурно обсуждали, как же все-таки пройдет их свадьба. Аня не беспокоилась.
Она знала, что все равно все пройдет так, как запланировали они, а не кто-то другой – потому что это их день, и только им решать, что и как делать.
В ванной зашумела вода.
— Как же трудно вам что-то доказать, — возмущенно причитала Ирина Павловна. – Прямо как горох об стенку! Что же это такое! Дима, вот ты, правда, не понимаешь или притворяешься?
— Правда не понимаю. Не понимаю, зачем нам эти сборища каких-то пятиюродных дядь и теть, которых я никогда в жизни не видел.
— Потому что они твои родственники!
— Как-то я жил до этого без них? Вот и дальше проживу. Зачем они мне на моем празднике?
Вода выключилась. Аня поставила тарелки с жареной курицей и картошкой в микроволновку, включила разогрев на несколько минут. На кухню зашел Дима, следом за ним – Ирина Павловна. Она снова и снова нервно поправляла собранные в хвост волосы, теребила пуговицу на пестрой шифоновой рубашке.
— Ладно, Аня твоя, у нее ума, видать, не богато. Но ты-то!
— Мам, все, отстань, — отмахнулся Дима, усаживаясь за стол. – Я жутко устал и голоден, как волк.
Ирина Павловна презрительно фыркнула и, не ответив, вышла. Тут же раздался звонок в дверь. Аня удивилась, глянула на часы: кто бы это мог быть?
— Наверное, мама приехала, — предположила она. – Дим, вытащишь тарелку с едой? Пойду открою.
На пороге и правда стояла мама, Тамара Васильевна. По-хозяйски шагнув в прихожую, она принялась скидывать с ног босоножки, сняла солнечные очки и положила на полочку.
— Ну что, выбрала уже платье? – деловито осведомилась она.
Аня кивнула.
— Да, проходи, я тебе сейчас покажу в каталоге.
Тамара Васильевна была невысокой, интеллигентного вида женщиной. Работала она главным бухгалтером в крупной компании, получала хорошую зарплату и собиралась щедро помочь дочери с предстоящим волнительным днем – во всяком случае, сама вызывалась оплатить свадебное платье и все аксессуары, включая прическу и макияж.
Ирина Павловна сидела в кресле. Тамара Васильевна кивнула ей и устроилась напротив, за журнальным столиком.
— Я сейчас сделаю чай, — засуетилась Аня. – А еще у меня лимонад есть, я сама делала. Смородина, лайм, лимон и мята. Не хотите?
— Да, было бы прекрасно, — отозвалась мама. – После такой ужасной жары. У меня даже голова побаливает от этих жутких температур!
— И не говорите, — поддакнула Ирина Павловна. – Сама едва переношу зной. Все жду, когда же станет полегче.
Будущая свекровь была резкой противоположностью матери: крупного телосложения, рослая, сильная, с громким голосом и характерным деревенским выговором – больше половины жизни она провела в родном поселке недалеко от города. Недалекой ее было назвать трудно, но и умственными способностями она, конечно, не блистала, представляя из себя нечто среднее.
С Тамарой Васильевной они, как ни удивительно, очень быстро нашли общий язык. Аня была рада. Значит, и ее мелкие неурядицы со свекровью уладятся, найдется решение всех конфликтов. Тут, как говорится, дело семейное.
Она налила лимонад в графин, вместе с двумя стаканами поставила на поднос, включила в розетку электрический чайник. Дима с аппетитом поедал ужин, читая что-то в своем смартфоне.
— Сейчас выйду, поздороваюсь с Тамарой Васильевной, — пообещал он. – Доем только.
Мама со свекровью увлеченно разглядывали свадебный каталог, о чем-то оживленно переговариваясь. Аня поставила поднос на столик, уселась на диван и разлила лимонад по стаканам.
— Мне кажется, это слишком вызывающе, — скривила губы мама, глядя на какую-то фотографию. – Так открыть плечи… И такое глубокое декольте! Нет. Это не подходит.
— Я, вообще-то, уже выбрала платье. – Аня приподняла одну бровь. – И никакое другое мне не понравилось.
— Какое? – поинтересовалась Ирина Павловна.
Аня протянула руку:
— Дайте.
Быстро пролистала каталог до нужной страницы, несколько секунд глядела на фото, потом вернула Тамаре Васильевне.
— Это? – изумленно протянула та. – Ты уверена, доченька?
Ее брови поползли вверх. Аня пожала плечами, нахмурилась. Ирина Павловна наклонила голову и оценивающе посмотрела на фотографию модели в коротком белом платье с ажурными гипюровыми рукавами и изящной вышивкой на груди. Голову ее украшала простенькая фата с цветочной диадемой.
— Ну нет, это какое-то моветон, — покачала головой Тамара Васильевна. – Я бы ни за что такое не надела.
— Мам, ну это ты бы не надела, — возразила Аня. – А я надену. Мне нравится.
— Доченька, это же просто кошмарное платье!
— Согласна, — кивнула Ирина Павловна. – Полностью поддерживаю. Невеста должна быть похожа на принцессу из сказки. А тут такое ощущение, что она просто на вечеринку какую-то пришла. Мы тут уже подобрали два варианта, Тамара Васильевна, покажите.
Подобранные ими варианты оказались самыми худшими из всего каталога. Они напоминали Ане торты: не в меру пышные, украшенные бисером, жемчугом и безвкусными огромными розами. У одного был чрезмерно длинный шлейф, у другого – необъемные рукава-буфы, как на платье принцессы Дианы, или даже больше. Во всяком случае, смотрелись они как нелепо и по объему походили на не менее пышную юбку.
Но если свадьба Дианы проходила в огромном величественном соборе, где такое платье смотрелось вполне уместно, то у Ани она пройдет в обычном ЗАГСе – и она боялась, что просто займет такими объемами все помещение. Да еще и ткань – тафта, которая, как известно, сильно мнется.
— Нет, я такое не надену даже под страхом смертной казни, — покачала она головой. – Это же кошмар дизайнера!
— Аня, что ты такое говоришь! – с укоризной ответила Тамара Васильевна. – Это красивые модели. То, что ты выбрала… м-м… как бы это сказать… куцее. Слишком простенько, даже как-то бедно смотрится.
— А зачем мне нужно что-то пышное? Это же не показатель статуса! Красота в простоте, слышала про такое?
— Ничего не знаю. Не хочу видеть свою дочь в таком простом наряде.
— Надену то, что мне нравится! – возмутилась Аня. – Все, тема закрыта.
Но едва они успели закрыть эту тему, как тут же всплыла другая. Оказалось, что обязательно надо праздновать второй день свадьбы, причем гостей звать домой, в квартиру. Аня устало закатила глаза.
— Нет. Хватит с меня ваших идей.
— Я считаю, что Ирина Павловна права.
— Нет.
— Да.
В гостиную вошел Дима, вежливо поздоровался с будущей тещей. Та недовольно взглянула на него, хмыкнула:
— Это ты ее надоумил выбрать такое нелепое платье?
— Какое платье? – удивился Дима. – Она сама выбирала. Ей же его носить весь день, а не мне.
— А второй день свадьбы? – пошла в следующее наступление Тамара Васильевна. – Почему его не будет?
— А зачем он нужен?
— Господи, ну что за люди!! – воскликнула Ирина Павловна. – Вот что с вами делать?
Перепалка длилась еще полчаса, потом женщины встали, как по команде, и объявили, что с них хватит и они уходят.
— Я надеюсь, завтра вы будете более сговорчивыми, — бросила на ходу Тамара Васильевна. – И с вами можно будет построить диалог!
Но становиться сговорчивыми не входила в планы ни Ани, ни Димы. На следующий день под раздачу попала их собака, голубоглазая хаски по кличке Вьюга. Ирина Павловна вещала, что от «псины повсюду шерсть, а толку нет», и что это может вызвать аллергию у малыша. Аня с Димой недоуменно переглянулись.
— У какого малыша?
— У будущего, — протянула Тамара Васильевна. – Мы пока ехали к вам, обсудили этот вопрос. У вас ведь будут дети, не так ли?
— Не так ли! – огрызнулась Аня. – Мы пока что не планируем потомство.
— Как это вы детей не планируете? – округлила и без того круглые глаза Ирина Павловна. – А зачем тогда вообще семью создавать? Да и я давно внуков жду!
— Мы пока что хотим пожить для себя, — сказал Дима. – Зачем сразу нырять в мир подгузников и ползунков?
— О боже, какие витиеватые выражения! – засмеялась Тамара Васильевна. – Дорогие мои, если бы мы решили пожить для себя в молодости, то вы бы не появились на свет! С этим делом тянуть нельзя, уверяю вас.
— Да, — кивнула Ирина Павловна. – Совершенно верно.
Дима что-то неразборчиво пробормотал сквозь зубы и вышел.
— Собаку нужно отдать, — решительно заявила Тамара Васильевна.
— Кому? Никому мы его не отдадим, — припечатала Аня и скрестила на груди руки. – Чего это вы тут нашим имуществом распоряжаетесь?
— Так будет лучше.
— Именно, — снова согласилась Ирина Павловна. – В общем, мы все распланировали. Платье закажем со шлейфом, второй день праздновать будем. Ну а псину пока что можно отдать на передержку, а потом…
— Никаких «потом»! – возмутилась Тамара Васильевна. – Не нужна здесь эта собака!
Аня растерянно переводила взгляд с матери на свекровь, потихоньку начиная понимать, что переубедить их не получится: они втемяшили себе в головы, что лучше знают, как должна пройти свадьба, и спорить с ними в лучшем случае бесполезно. Но и покорно им подчиняться она не хотела.
Да лучше вообще ничего не делать, чем надевать то жуткое платье-торт и приглашать к себе в квартиру два десятка человек! Ане стало дурно, когда она представила, какой бардак они после себя оставят; а ведь еще нужно приготовить закуски для этой оравы! И Вьюгу выгнать! Нет, нет и еще раз нет!
Но вслух она сказала другое:
— Так и быть. Пусть будет, как вы хотите.
Тамара Васильевна радостно выдохнула, схватилась за каталог.
— Тогда я заказываю платье. Доченька, как же я счастлива, что ты, наконец, поняла!
— Отлично! – не менее радостно потирала руки Ирина Павловна. – Тогда нужно приступать к планированию меню для гостей. И выбирать ресторан. Вам с Димой какой нравится?
— Нам нравится кофейня, которая вот тут, внизу, — честно ответила Аня. – Но она же не подойдет, я правильно понимаю?
— Нет, конечно! Ну, раз не знаете, мы с Тамарой Васильевной сами подберем что-нибудь. Нужно будет еще сделать красивые пригласительные, заказать украшение зала, выбрать цвет скатертей… Ой, столько суеты, столько хлопот!
Они бурно спорили между собой, обсуждали все до мельчайших деталей – каким будет декор, заказывать ли тамаду, фотографа и видеографа, и если да, то кого именно. Ирина Павловна настаивала на фотографе, которого давно знала, Тамара Васильевна скептически поджимала губы и качала головой, утверждая, что знает профессионалов и получше.
Аня незаметно выскользнула из гостиной. Дима сидел на кухне и читал что-то в телефоне, подперев голову кулаком.
— Ну? Что решили?
— Они там спорят, — пожала плечами Аня. – Знаешь, что я подумала? Пусть заказывают, что хотят. Мы просто не придем на этот банкет. – Она вытащила из кармана смартфон и заговорщически подмигнула жениху. – Я сейчас закажу билеты куда-нибудь на курорт, и сразу после регистрации мы уедем в аэропорт.
А они, если хотят, пусть отмечают, едят свои караваи и фотографируются у памятников. Мне это все и даром и не нужно.
Глаза Димы сверкнули.
— И мне тоже, если честно. Я согласен с твоим планом. Если переубедить их невозможно…
— Я твердо сказала «нет», но им все равно. Поэтому придется просто улизнуть по-английски.
В торжественный день, пока мамы решали какие-то вопросы в банкетном зале, Аня с Димой погрузили в багажник такси заранее собранные чемоданы и, взявшись за руки, сели на заднее сиденье. Обручальные кольца лежали в Аниной повседневной сумочке.
Да и сама она оделась просто: обычные джинсовые шорты, футболка и босоножки. Жуткое платье из белой тафты с рукавами-буфами осталось дома, и Аня была этому несказанно рада.
— Еще не хватало напяливать на себя этот ужас!
Родительницы даже не подозревали, что их дети уже едут в ЗАГС – они считали, что регистрация должна состояться только через три часа. Аня представила себе выражения их лиц, когда они узнают, что план провалила, и невольно захихикала.
— Как думаешь, они не обидятся?
— Ань, а мы не обидимся? – серьезно ответил Дима. – Они о нас думали, когда навязывали свои вторые дни и банкетные залы? Никто не думал, никто не захотел идти на компромисс.
— Да, ты прав.
Дальнейший путь они проделали в молчании, держась за руки. А когда их, наконец, объявили мужем и женой и вручили свидетельство о браке, то же самое такси повезло их в аэропорт. И только после регистрации на рейс Дима набрал номер Ирины Павловны.
Визг, казалось, был слышен без телефона. Тамара Васильевна названивала Ане, не переставая, поднялся страшный переполох: мамы собирались выезжать в аэропорт, чтобы забрать непослушных молодоженов и вернуть их на праздник.
— Уже гости начали собираться! – в ужасе вещала Тамара Васильевна. – Аня, вы зачем так поступили?
— А вы зачем так поступили? Мы же просили сделать все так, как нам хочется, а не вам. Вот и пришлось выкручиваться! Вы хотели это торжество. Ну, вот вы и празднуйте.
— Какая же свадьба без жениха и невесты? Господи, какой кошмар. Как же я буду людям в глаза смотреть? Аня! Разве такой я тебя растила?
— Мам, знаешь, раньше, в старину, бывало такое, что свадьбы праздновали без главных виновников. Просто брали подсадных жениха и невесту. Вот и вы так сделайте. Выберите кого-нибудь из гостей и отмечайте на здоровье.
— Ты еще и насмехаешься? – взвилась Тамара Васильевна. – Я немедленно еду в аэропорт! И сниму тебя с уже даже взлетевшего самолета!
Аня улыбнулась.
— Мам, прости. Объявляют посадку.
И сбросила звонок. Дима посмотрел ей в глаза, нежно обнял за плечи и прижал к себе.
— Нелепая, конечно, ситуация, но… Пойдем садиться в самолет!
За овальным иллюминатором лежало необъятное поле белых пушистых облаков. Аня сидела, откинувшись на спинку кресла и смотрела прямо перед собой. По лицу ее блуждала улыбка. Никогда бы не подумала, что однажды сбежит с собственной свадьбы!
Впереди простиралось огромное, счастливое будущее. Конечно, по возвращению домой придется как-то улаживать конфликт с мамами, объясняться, оправдываться. Но сейчас – сейчас они были беспечны и счастливы, как никогда, ведь этот день стал точкой отсчета рождения их собственной, индивидуальной вселенной.
