«Москва слезам не верит». Тося и Коля ненужная пара. Зачем они в фильме?

«МСНВ» чудесный фильм. Какие там выпуклые, фактурные персонажи. И золоторукий слесарь Гоша — падкий на алкоголь и доминантных матрёшек. И его неразборчивая пассия Катрин, склонная к роковым влюбленностям и высокохудожественном вракам.

Алчная Людмилка на пятом десятке лет всё ещё верящая в судьбоносную встречу с генералом-орденоносцем и её слабохарактерный хоккеист-выпивоха, разменявший карьеру на ендову «ерша».

Надменная панночка Санька и трусоватый Вовчик-любодей в исполнении неподражаемого Олега Табакова.

А пышноусый сластолюбец Родя, «закаблученный» мамкой-каргиней, достоин отдельной статьи.

Да кем только не населил эту оскароносную эпопею гениальный Владимир Меньшов.

Но сегодня, хочется вспомнить парочку, которая как бы и не при делах.

Тося и Коля проходят этаким фоном к многолетней истории любовных терзаний отзывчивой на ласку Катрин и несмотря на второстепенность и малый хронометраж, служат определённой цели.

Больше того, я считаю, что без парочки Тони и Николая, картина могла бы и вовсе не увидеть свет больших экранов, а порасти пылью на какой-нибудь уютной полке в «застенках» Госкино.

Вот смотрите, что получается. Если мы убираем единственную рабоче-крестьянскую пару из этой эпопеи, фильм приобретает какой-то неестественно фривольный, почти буржуазный оттенок.

Остаются две подруги. Этакие периферийные хищницы, которые приехали в столицу не ради трудовых подвигов и свершений, а в алчной надежде захомутать себе парочку изнеженных московских сибаритов и присосавшись к ним устроить свою дальнейшую жизнь. И ради своих корыстных целей они готовы врать и ловчить. Ведь цель оправдывает средства.

Такая «завязь» достойная экранизации на загнивающем западе, а уж никак не в советской стране.

Но всё меняется, когда появляются Коля и Тоня. Эта пара словно характеризует собой среднестатистическую советскую семью. Этакую здоровую ячейку общества, где царит мир и гармония.

Сразу видно, что они однолюбы. Встретились, полюбили и всю жизнь идут рука об руку. Они не «летуны». Как начали свою трудовую карьеру на стройке, так и продолжили её на том же месте.

Они прекрасно выполняют свою работу и на хорошем счету в коллективе, но не стремятся перебраться на ступеньку выше — выбиться в начальники. У них дружная многодетная семья, и живут они в отдельной квартире со всеми удобствами.

Нам пытаются показать, что Тося и Коля крепко стоят на ногах, в отличии от взбалмошной Людмилы и непостоянной Катрин, которые объятые своими ложными «хотелками», позабыли сермяжную правду жизни.

«Третья пара» является нравственным ориентиром для ветреных подруг, но в большей степени для зрителей, что бы те не сбились в душевный раздрай, а чётко понимали, что хорошо, а что плохо. Этакая скрытая пропаганда семейных ценностей, доступных советскому человеку.

Но вот в чём загвоздка. Я не знаю ни одной лебёдушки, что позавидовала бы Тосе.

Работать всю жизнь маляром дело безусловно почётное, но весьма накладное для организма. «Вредность» зря не дают. Опять же, труд в холодных бетонных коробках здоровья не прибавит.

Коля у Тоси может парень и не плохой, «но не орёл». Да справный, да надежный, но стакан мимо рта не пронесёт, да и жену лишний раз цветами не одарит.

Пять дней труда на стройке, а потом выходные враскоряку на грядках. Примерно так выглядит лето Тониного семейства, а три лоботряса высосут последние силы и нервы. И все это в небольшой квартирке, где на кухне не развернуться, а очередь в туалет пританцовывает.

Вот и выходит, что завидовали непутёвой Катюше и даже одинокой, но «упакованной» Людке, а Тосино «счастье» других особо не прельщало, а уж по нонешним временам и подавно.

А как вы думаете, состоялся бы фильм без «третьей пары»?

PS

под Аня Касьянова «Ой, ты травушка зеленая»