«Наследница по прямой» — о мучительном взрослении на фоне прекрасной Одессы

Это очень красивый, лиричный и – страшный фильм. Это – разговор о мучительном взрослении, о первой любви, о страданиях. О том, что чувство иной раз бывает ложным и бессмысленным. Перед нами – типичная советская девочка Женя, погружённая в поэзию Пушкина и считающая себя его …потомком, наследницей.

Я специально подчёркиваю её типичность – дети советской интеллигенции часто бывали странными, с гуманитарными завихрениями. Я таких знала в большом количестве, хотя, сама была сильно проще. Сергей Соловьёв и показывал таких отроков – и в «Ста днях после детства» (1975), и в «Наследнице по прямой» (1982).

Одесситка Женя – из той, советской Одессы, где всё дышало спокойствием, а Россия с Украиной были частями единого пространства — территориального, идеологического, смыслового… Впрочем, не будем о грустном. Девочка живёт в старом доме, где полно антиквариата. Высокие потолки, мудрёно расположенные комнаты, полумрак.

Эта Женечка чем-то напоминает и порывисто-пацанистую Дубравку, и Лену Бессольцеву (к сходству с последней мы ещё вернёмся). У девочки – богатый внутренний мир, куда она пускает не каждого. Женя поразительно красива, а сыгравшая её Таня Ковшова и теперь – эффектная женщина.

Вместе с тем, юная дева не подозревает о своей расцветающей привлекательности. И вот наезжают гости – дальние родственники-москвичи. Володя (Игорь Нефёдов) – кузен, однако, там седьмая вода на киселе. Но – расхожий вариант. Юница влюбляется в кузена, как в старинных романах.

И вот ему, Володе, она решает открыть свою тайну. Где-то далеко на окраине Одессы, есть заброшенная усадебка – изящная, как виньетка, но, увы – руина. Девочка сочинила целую историю о том, как в этом доме бывал сам Пушкин и был влюблён в пра-пра-прабабушку Жени – дворянку Лопухину.

Москвичу Володе это вроде как даже интересно и внове. Но – не очень. Он – «современный пацан», который много видит, но мало чувствует. Конечно, для совершеннолетнего парня влюбиться в семиклассницу – так себе идейка, причём во всех смыслах. Он видит в ней забавного зверька.

Зато на местной эстрадной площадке поёт «звёздочка» Лера (Татьяна Друбич). Вот её двадцать два года, и она просто великолепна. Она – женщина-кошка. Томно закуривает, плавно движется. Женя ревнует. Психует. Страдает.

Она, услышав от Леры комплимент своим волосам, бежит в парикмахерскую, требует постричь налысо, издевательски врёт, что играет в кино роль малолетней уголовницы, добавляя: «Но всё закончилось хорошо».

Потом вихрем врывается на танцплощадку, чтобы отчаянно кривляться перед Владом и Лерой – «лысый» танец потом повторит Кристина Орбакайте/Бессольцева. Да, Женечка шьёт себе идиотское платье из тюлевой занавески, чтобы выглядеть, как идеальное чучело.

Володя, походя, предаёт девчонку – он открывает Лере все тайны своей кузины, показывая «дом, где бывал Пушкин», тогда как для Жени эта информация – нечто сокровенное. А тут оказывается, что можно всем раздавать сокровище, как дешёвые конфеты из кулька. Лере всё это …ну, чуток заманчиво, но в целом – никак.

Певица не вполне свободна. У неё есть друг-продюсер-коллега-любoвник… Влад (Александр Збруев, явивший такую фигуру, что просто ах!) – он циничен, как было «модно» в 1980-х. Суперменистый, фирменный, надменный. Чистая физиология без полёта.

Сей Влад поначалу свысока глядит на восторги мальчика Володи в адрес Леры. Дескать, пусть кудрявый студентик покрутится возле нашей богини. Потом же, видя, что подружка тоже увлеклась «настоящими чувствами», избивает парня. Точнее, бьёт один раз, но так сильно, что этот удар ощущается даже зрителями.

К слову, этот мотив, но уже категории hard, будет повторен Соловьёвым в его «Ассе» (1987), когда Алика искренне влюбляется в Бананана, и Крымов убивает парня. Всё это на фоне курортной благости. Однако пока на дворе начало 1980-х и нам являют просто избиение.

За всем этим наблюдает и Женя, для которой этот удар – как гром среди ясного неба. Это – демонстрация «взрослого мира» в его неприкрытой красе. Финал – сказочный. К Женечке является сам Пушкин (Сергей Шакуров) и они беседуют на фоне моря. Отрочество – кончилось, но жизнь продолжается, и она вовсе необязательно должна быть убого-плоской и сермяжной.

Оцените статью
«Наследница по прямой» — о мучительном взрослении на фоне прекрасной Одессы
«Опасно для жизни»: как Гайдай ревновал жену и почему был настроен на провал