Несколько слов в защиту Паратова

В блоге у Горожанина, на которого я давно подписана, было как-то интересное и неожиданное обсуждение «самого отвратительного персонажа советского кино», причём автор заведомо вычеркнул из списков предателей, уголовников, шпионов и так далее.

Нет, надобен самый гад среди обычных персонажей, которые лично никого не убили и даже не ограбили (я выделила это «лично», ибо оно ещё пригодится).

Для Горожанина таковым оказался Паратов с лицом Никиты Михалкова. Мне это показалось столь необычным, что я решила задать и себе и, конечно вам, закономерный вопрос: «А чем он так ужасен?»

 Горожанин делает вывод: Паратов – и есть истинный виновник смерти Ларисы. Соглашусь, он, как и все остальные, включая Хариту Игнатьевну, косвенно причастны в гибели девушки…

К слову, было бы интересно прочесть креативно-постмодернистскую пьесу-сиквел, где из Петербурга приезжает чиновник, дабы расследовать странное и чудовищное «самоубийство» провинциальной красавицы – если помните, Лариса в финале шепчет: «Это я сама…» и благодарит Юлия Капитоновича, а возможно такое уже есть, просто я не в курсе.

Вместе с тем, я часто встречаю неприязнь к Паратову / Михалкову со стороны мужчин. Вот да. Не к Паратову, как таковому, а в конкретной связке. Дамское мнение иное.

Лично мне очень нравится Никита Михалков, как таковой (режиссёр, актёр, мужчина), а потому его Сергей Сергеич меня не раздражает – я им любуюсь. Как …как чем?

Ибо он – такой же бриллиант, как и Лариса Дмитриевна, и если Анатолий Кторов в экранизации 1936 года пытался быть субъектом, а не объектом, то Михалков гениально сыграл именно «красивую вещь», а двум эффектным бриллиантам в одной шкатулке делать нечего.

Ларисе место при Кнурове, который потом выдаст её замуж с отменным приданым, а Серёже – при «золотых приисках» неведомой зрителю жены.

Все рисуют в воображении безобразную старую деву, однако, там могла быть юная и пышная дочь провинциального негоцианта, которая упросила папашу выдать её за бла-ародного, а чего-чего, но блеска у Паратова – много).

И бороду он сбрил (по пьесе — тоже), так как борода у дщерей купеческих ассоциировалась с невежеством их папаш. В 1870-х это читалось слёту. Чем виноват Сергеич?

Тем, что блестит, и дамы слетаются, как бабочки – на огонь? Лариса не была малолеткой – это сейчас девушки её возраста числятся «ищущими себя» …лет до 30, а в те времена – вполне зрелый возраст для принятия личностных решений.

Она могла бы сказать: «Простите, но я с вами никуда не поеду», однако, побежала, думая, что счастие – возможно. Её никто не крал, завернувши в ковёр и не сoврaщал, отрезав от мира.

Всё – сама. Её могло бы насторожить, что Паратов когда-то волочился за ней. Потом – свалил и не писал ни строчки.

Более того – Лариса не была и пьяна, в отличие от того же Карандышева, чей поступок отчасти мог быть следствием алкогольной интоксикации – да, он там протрезвел под утро, когда подгрёб к «Ласточке», но это ещё страшнее – похмельный мужик с оружием.

А Сергей Сергеич просто решил себе доказать, что может вернуть себе даже ту, которая обещана другому. Просто заигрался, но не гад. Красивая штучка.

Правда, после смерти Ларисы, когда следствие-то всё равно случится, Паратову могут отказать от «золотых приисков» — мало ли что, а честь важнее.

Хлюпики да нерешительные мямли золотом не владели – там отцу семейства (крутому купчине в 99 из 100 похлеще Кнуровых) замаранный в уголовных делах, пусть и как стороннее лицо, не нужен.

К слову, и Кнуров с Вожеватовым теперь могут пострадать – в те славные лета репутация много значила, и партнёры могли бы все контракты с ними завершить. Эх, не поедет никто в Париж на Exposition Universelle de 1878!