Он написал музыку для большинства фильмов Леонида Гайдая, а познакомился с ним благодаря неприятной истории

Как правило, среди обывателей имена композиторов известны не так широко, как имена условных музыкантов или актеров. Но иногда бывают исключения из правил. Тому подтверждение Александр Сергеевич Зацепин. Многие знают этого великолепного советского и российского композитора по раннему творчеству Аллы Пугачевой, Ксении Георгиади и других популярных исполнителей, для которых Зацепин писал песни.

Возможно, некоторые вспомнят телефильм «31 июня», который был полностью аранжирован Александром Сергеевичем. Или небезызвестную картину «Земля Санникова». Однако настоящую славу ему принесла работа с Леонидом Гайдаем. Именно Зацепин писал музыку для большинства его фильмов.

Правда две выдающиеся личности могли не встретиться, если бы не произошла ссора…

Ранние работы Леонида Иовича Гайдая были довольно качественным, но не столь успешными. Режиссерская карьера могла даже закончиться, если бы не вмешательство директора «Мосфильма» Ивана Пырьева, который доверил Гайдаю снять короткометражку. Называлась она «Пес Барбос и необычный кросс».

После оглушительного успеха Гайдай снял короткометражный фильм «Самогонщики», в центре которого вновь фигурировала комедийная троица — Трус, Балбес и Бывалый.

Композитором обеих лент стал Никита Богословский, впервые поработавший с Гайдаем в 60-х, над картиной «Трижды воскресший». Спустя год, во время работы над «Самогонщиками» между режиссером и композитором возникли разногласия. Рабочий творческий процесс вылился в спор, который в свою очередь перерос в ссору. Богословский не выдержал и в сердцах заявил, что больше не будет работать с Гайдаем.

Леонид Иович не стал извиняться и начал поиски нового композитора для будущего фильма «Операция Ы». Ему порекомендовали кандидатуру Александра Зацепина, получившего известность благодаря кинопесням: «Костер на снегу» и «Надо мной небо синее».

В самом начале Гайдай опасался, ведь одно дело писать лирику, а совсем другое — музыкальное сопровождение для эксцентрической комедии. Но Зацепина это совершенно не пугало. Более того, Александр Сергеевич с ходу начал проявлять инициативу.

Например, в первой новелле «Погоня», когда персонаж Алексея Смирнова от черного дыма начинает напоминать дикаря, Гайдай хотел, чтобы звучал так называемый «галоп». Но Зацепин ориентировался на свой опыт и вкусы, поэтому написал «тропическую» самбу.

Вообще Зацепин был любителем различных экспериментов в области звукозаписи. Во второй новелле зрители могут услышать «крякающий» манок, использующийся охотниками. В первой, когда герой Смирнова замуровывает Шурика — 20-сантиметровый колокольчик, звук которого пришлось замедлить в 8 раз.

Леонид Гайдай окончательно убедился в профессионализме Зацепина и начал ему доверять, когда тот написал музыку для сцены с автобусом. Режиссер видел очередной «галоп», однако Александр Сергеевич решил вновь довериться своему видению и сыграл на аккордеоне.

Правда, чтобы добиться необходимого темпа, ему пришлось двое замедлить скорость базовой фонограммы, записать свою игру, а потом пустить на обычной скорости.

Впоследствии Александр Зацепин поработает практически над всеми дальнейшими фильмами Леонида Гайдая, а их творческий дуэт, продолжительностью в несколько десятилетий, будет одним из самых ярких в советском кинематографе.