Этот двухсерийный музыкальный фильм был впервые показан на телеэкранах в августе 1977 года. Руководство «Гостелерадио» ещё до премьеры рассчитывало, что картина понравится зрителям, однако столь оглушительный успех поразил даже самых искушённых киночиновников.
Сразу после телепремьеры редакцию ЦТ зрители буквально засыпали письмами с просьбами повторить этот фильм. И тогда в «Госкино» возникла идея сделать версию картины для коммерческого кинопроката.
В те годы «Гостелерадио» и «Госкино» находились в состоянии конкуренции и даже соперничества. В данном случае фильм был снят на деньги «Гостелерадио» и телевизионщики выступили против проката. Для этого они поспешили организовать повторный показ фильма. Причем не только по Первой программе ЦТ СССР, но и по спутниковым каналам «Орбита».
Благодаря этому замечательный фильм смогли увидеть десятки миллионов зрители не только отдалённых регионов нашей страны, но и в странах Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, где проживало немало русскоязычных телезрителей. После такой широкой демонстрации запускать фильм в кинопрокат было уже нецелесообразно.
Поставил фильм театральный режиссёр Владимир Воробьёв, который в кино работал нечасто. Это была лишь вторая картина 38-летнего режиссёра, зато на театральной сцене у него уже насчитывалось более десятка успешных постановок. И даже великий Товстоногов с большим уважением относился к творчеству своего молодого коллеги.
Изначально знаменитую комедию итальянского драматурга Карло Гольдони Воробьёв собирался поставить на сцене Ленинградского театра музыкальной комедии. И начал он с подбора музыки для будущего спектакля. По его заказу композитор Александр Колкер написал несколько мелодий, которые очень понравились режиссёру. А поэт Ким Рыжов сочинил слова к этим мелодиям, и появились песни, ставшие основой будущей театральной постановки.
По сути, должен был получиться полноценный мюзикл, поскольку по ходу спектакля планировалось использовать более двадцати различных мелодий и песен. В отличие, например, от постановки 1953 года, сделанной по той же комедии Товстоноговым, у которого музыка использовалась лишь в качестве фона.
А у Воробьёва музыка выходила на первый план и каждый раз обозначала смену сцен и сюжетных поворотов. К тому же она придавала пьесе хорошую дополнительную динамику.
Воробьёв быстро подобрал исполнителей для своего нового спектакля и приступил к репетициям. И уже тогда на репетициях стало ясно, что это будет успешный спектакль.
Об этом узнали руководители «Гостелерадио» и режиссёру было предложено поставить не спектакль, а снять телевизионный фильм. Обещали хороший бюджет и всяческое содействие в съёмках.
Воробьёв взял два дня на размышление и обсудил поступившее предложение с коллегами. Затем они вместе взвесил все плюсы и минусы и решили это предложение принять.
Во-первых, бюджет постановки увеличивался более чем вдвое, и это открывало перед режиссёром новые возможности. Во-вторых, такой бюджет позволял пригласить известных актёров со стороны, а не ограничиваться лишь труппой театра. В-третьих, количество будущих зрителей не шло ни в какое сравнение с тем, если бы спектакль состоялся только на театральной сцене. Ну и в-четвёртых, никто не мешал режиссёру позже сделать и чисто театральную постановку.
Если предположить, что телевизионный фильм имел бы успех, то он бы стал хорошей рекламой для будущих гастролей театра по всей стране. В общем получалось, что плюсов больше, чем минусов.
Кстати, именно поэтому в фильме оказалось задействовано так много актёров Ленинградского театра музыкальной комедии. Например, с самого начала роль Беатриче и Федерико предназначалась ведущей актрисе театра Валентине Кособуцкой. Другую исполнительницу на эту роль Воробьёв даже не рассматривал.
*
То же самое касалось и некоторых других персонажей, которых сыграли артисты театра музкомедии: Флориндо исполнил Виктор Костецкий, Клариче — Елена Дриацкая, Сильвио — Виктор Кривонос. Все эти актёры были частью уже проверенной временем театральной труппы и пели свои музыкальные партии сами.
Зато исполнителей главных ролей Труффальдино и Смеральдины режиссёр решил выбрать среди лучших актёров страны. Проще обстояло дело с ролью Смеральдины, на которую почти сразу Воробьёв утвердил Наталью Гундареву. А вот с ролью Труффальдино вышла заминка.
На эту роль прошли пробы: Александр Демьяненко, Олег Даль, Виктор Павлов и Борис Смолкин. К тому времени Воробьёв уже определился, что вокал Труффальдино будет исполнять Михаил Боярский. Более того, он уже был готов записывать в студии музыкальные партии ещё до завершения выбора актёра, кому эти партии будут предназначаться.
Конечно, режиссёр хотел бы, чтобы Боярский сам сыграл эту роль, но это было невозможно. В то время актёр снимался одновременно в пяти картинах, в том числе и в фильме «Д’Артаньян и три мушкетёра». Поэтому об участии ещё и в шестом фильме не могло быть и речи. Зато выделить пару дней, чтобы записать на студии несколько песен, Боярский мог. Причем с удовольствием.
Вначале режиссёр склонялся к уже проверенному актёру театра — Борису Смолкину. Кстати, позже именно он и сыграет Труффальдино в театральной постановке. Тем более что на пробах с Гундаревой он смотрелся органичнее других претендентов.
Но тут, как гром среди ясного неба, поступило указание сверху взять на эту роль 26-летнего Константина Райкина.
Узнав об этом, Воробьёв собирался отказаться от работы над фильмом. Для него Райкин-младший был «тёмной лошадкой» во всех смыслах. И Воробьёву он был известен лишь как сын знаменитого артиста. Даже несмотря на то, что у него уже были запоминающиеся роли в кино и даже одна главная в фильме Самсона Самсонова «Много шума из ничего».
Но, как позже признался режиссёр, он эти фильмы не видел, поэтому был уверен, что молодой актёр не справится с такой ролью. К тому же на первом же собрании съёмочной группы Константин вступил в спор с Воробьёвым, который закончился громкой перепалкой. И режиссёр уже собрался закрыть этот телепроект не начиная.
Но коллеги уговорили его попробовать. Дескать, это нужно сделать, чтобы окончательно убедиться в профнепригодности актёра и продемонстрировать это худсовету. И тогда у режиссёра появились бы законные основания требовать замены навязанного актёра, либо отказаться от фильма.
Воробьёв согласился и… вскоре изменил своё мнение о младшем Райкине. Первые же репетиции показали, что Константин отлично двигается, обладает хорошим чувством ритма и, что самое главное — является вполне достойным комедийным актёром. И если съёмки начинались в весьма напряжённых отношениях, то завершились они уже в коллективе единомышленников.
В сценарий были включены танцевальные номера Райкина, которых первоначально не было и которые не просто дополнили, но и украсили фильм. Так как Райкин сам озвучивал свою роль, Боярский постарался приблизить свой голос к тембру актёра. По мнению не только специалистов, но и обычных зрителей, Боярскому это удалось. По крайней мере, диссонанса голосов Райкина и Боярского в фильме заметно не было.
Прошло почти полвека, а телевизионную комедию и сегодня с большим интересом смотрит поколение уже постсоветских зрителей. Лично я считаю, что роли Константина Райкина и Валентины Кособуцкой в этом фильме стали одними из лучших в их карьере, а сам фильм заслуженно входит в Золотой фонд отечественного кино.
