Фильм Исидора Анненского «Свадьба» (1944) – на мой взгляд, лучшая экранизация чеховских фабул, ибо авторы ленты чётко поймали волну. Весь Чехов – это смех пополам с болью, а насмешка – рядом с жалостью. «Свадьба» популярна до сих пор.
Фразочка «в Греции всё есть» часто встречается в разговорной речи, правда, у старшего поколения, к коему отношусь и я. Анненский – а он заодно и сценарист – объединил несколько сюжетов, получив стройное повествование о жалких людях. Нет, о человечишках.
Перед нами – так называемый «средний класс» Российской Империи – разбогатевшие мещане Жигаловы. Их дом – вполне приличен, полная чаша, имеется прислуга, а дочка Дашенька – упитанна, красива, нарядна (Зоя Фёдорова).
Как вы помните, она больше всего любит статных мужчин, пирог с яблоками и имя Роланд. Сказу видно — читает книги, но не эпос «Песнь о Роланде», а какие-нибудь милые романы о виконтах, влюбляющихся в белошвеек. Такого добра на тогдашнем книжном рынке было навалом.
Дашенька – в самом соку и вот подворачивается видная партия – чиновник Апломбов (Эраст Гарин). Жениться не хочет, но его буквально заставляет папенька невесты (Алексей Грибов). Дескать, ходил обедать целый год, а теперь — в кусты?! Не выйдет!
Начинается тема приданого – даже самая красивая да умная дева-бесприданница имела мало шансов на взаимность. У Дашеньки кое-что имеется. Не бриллианты, но хотя бы салопы, отрезы ткани да могучая перина, которую маман (Фаина Раневская) собирала пушинка к пушинке.
Тут все – омерзительны и забавны. Отменно показан примитив – ограниченно-тупые люди (как нам говорили в СССР) – главные враги человечества, ибо они мыслят категориями «бабло», «пожрать», «обмануть ближнего», а потом – посмеяться за рюмочкой наливки.
В «Свадьбе» — чудовищные маски, при том, что это безобразие создаётся не гримом, а игрой – актёры исключительно гениальны. К тому же, им было интересно всё это играть, а Исидор Анненский умел сплачивать даже капризных звёзд.
У всех – исключительно тупое выражение физиономий. Это не только Жигаловы, закатившие пир на весь мир, но и гости. В эпизодах попадается молодой Михаил Пуговкин, изображающий этакого небогатого купчика, судя по экипировке.
О, как он играет лицом – это воплощение умственной убогости. Это не компания, а какой-то бестиарий. «Махайте на меня, махайте!», — требует пошлейшая мадам с дивной фамилией Змеюкина (Вера Марецкая). Пошлейшая – это не «похабная», как многим ныне кажется.
Это – опускающая нечто прекрасное, вроде поэзии (просит лермонтовской бури!) до обыденщины и опрощения. Романтика превращается в убогий фарс. Здесь очень тонко явлена вся пошлятина, которую ненавидел Чехов (в себе – тоже, кстати).
Манерное вальсирование и дама с оттопыренным мизинчиком, разговоры об электричестве – вроде как образованность свою показать, игры в фанты – с поцелуями. Кстати, всё это расстраивает невесту – в какой-то момент она принимается плакать и закрываться от этой пьяно-рьяной вакханалии.
Но самое ужасное – это унижение старого моряка (Николай Коновалов). Он, оказывается, не генерал! Посмотрите, как он уходит с этого празднования – его спина и походка, сами по себе, трагедия. А гости Жигаловых продолжают бухать и дрыгаться. Финал – феерия. Фонтаны пуха!
Апломбов, поняв, что его обманули с приданым, вспарывает не им собранную перину – отчаяние обывателя, выплеснутое в гнусный вандализм. А как жаль Дашеньку – она так ждала своего Роланда, а дождалась лишь позорища на весь околоток.
