Сегодня тема принцесс – красивых, очаровательных, дивных. Лично я в детстве больше всего любила сказки, где были шикарные платья, короны и – принцессы. Или – Золушки, превращающиеся в тех самых принцесс. Хотя, большинство девочек любит пышные наряды и королевские дворцы. А мы же это всё потом рисовали!
Особо радовали ГДР-овские и чехословацкие кинокартины – там всегда бывали девы при титулах, а, например, в «Стоптанных туфельках» (1977) — огромная семья принцесс в стилизованных ампирных одеяниях. Или «Златовласка» (1973) – там не только Йорга Котборова хороша, но и песня Иржи: ‘Jedu, jedu pro krasu, pro divku s vlasy do pasu’. Но моя тема – советское кино, а поэтому мой-топ пять супер-принцесс!
1. Первая, кто мне вспомнилась, это одна из героинь «Принцессы на горошине» (1976). Нет, они там все на высоте, но поразила только одна – та, что любила тролля. Эту Принцессу сыграла Марина Ливанова. В ней была чертовщинка и та красота, что смешивается с ужасом. Эти черные одеяния и остроконечный hennin, в котором она появляется…
Я почему-то именно так представляла себе булгаковскую Маргариту – из книги, о которой так часто говорили взрослые. Героиня Ливановой смотрелась непривычно – в ней совсем не было сказочной карамельности. Это уже уровень фэнтези. Вот уж действительно могла бы стать матерью драконов!
2. Невероятна Марина Неёлова в роли Принцессы из «Старой-старой сказки» (1968). О наружности актрисы я читала разное – кому она кажется великолепной, кому-то простенькой. На мой взгляд, она умеет быть всякой – и богиней, и дурнушкой, и женщиной из толпы. Это и есть искусство.
Принцесса в этой сказке бесит и восторгает одновременно. Помню, когда я впервые это смотрела, я высказалась: «Мерзкая красавица!» Это и есть самое правильное определение – дети всегда видят картину, как она есть. А как эта забавная капризница творит себе мини-юбку! Веяние шестидесятых…
3. Ещё одна принцесса-шестидесятница – Милада из сатирического фильма-притчи «Каин XVIII» (1963). Вот героиня Светланы Лощининой выглядит, как девчонка из соседнего двора с модной в ту эпоху причёской-колокольчик и с подводкой «стрелочками». Милада храбрая и дерзкая – настоящая подружка-первокурсница.
Невероятно женственна – при всём том. Она не ослепительная красотка, но чрезвычайно мила. Её платьица с широкими юбками, с одной стороны, сказочные, а с другой – напоминают юбку-колокол из дамских журналов 1960-1963 годов. И, разумеется, её выбор – не короли с принцами, а музыкант. Дорога – тоже символ 1960-х.
4. А что же наши чаровницы? Как тут не вспомнить о Людмиле из экранизации поэмы «Руслан и Людмила» (1972)? Нежную княжну сыграла Наталия Петрова, помимо всего прочего, работавшая фотомоделью в объединениях «Союзпушнина» и «Ювелирторг». Этакий символ русской берёзоньки – тонка, плавна, с длинной косой.
А ещё большие она похожа на боттичеллиевских богинь-герцогинь. Потом вышла замуж за восточного бизнесмена и жизнь её потекла по иным руслам. Её Людмила – это не столько роль, сколько «функция». Там играть особо нечего. Только смотреть в кадр, являть свою стать и очаровывать зрителя.
5. А сейчас перенесёмся на Восток, точнее – в Багдад, в котором «всё спокойно» и вспомним царевну Будур в исполнении грузинки Додо Чоговадзе. Собственно «Волшебная лампа Аладдина» (1966) – эстетическое действо, где роскошь ориентализма соседствует с лапидарной стилистикой 1960-х.
Будур – это девушка-газель, грациозная и неуловимая. Изумляющая стройность, удивительное лицо, выразительные очи. Поэтический идеал Востока – обвораживающий взгляд. Впрочем, там и Аладдин – Аполлон, каких мало. Не ошибусь, если скажу, что это одна из самых красивых пар советского кино.
- А кого из принцесс, княжон и царевен Вы бы назвали?
