Недавно я писала о наиболее дypацком клише, постоянно мелькающем в статьях о советском кино: «Его называли русским Аленом Делоном», «Она была советской Брижит Бардо», то есть сами по себе наши актёры ничего из себя не представляли и только явившись (в чьём-то больном воображении) копией западных звёзд, они чуточку блеснули.
За этим штампом следует не менее дивный: «У него (у неё) было несоветское лицо», а иногда даже пишут, что «несоветская фигура». Мол, требовались коренастые типажи на роли доярок или ещё каких-нибудь кочегарок.
Примечательно, что «несоветское лицо», похоже, было у всех красавцев. Я такое читала о Вячеславе Тихонове, Василии Лановом, Льве Прыгунове, Георгии Тараторкине, Евгении Киндинове. Рефрен: были вынуждены постоянно играть трактористов, инженеров и разных там докторишек. Потому что герой-любовник-аристократ-бонвиван – это большая редкость для советского кино, где всё – про завод.
Помню, передачу о Марине Ладыниной, где говорилось, что она, будучи весьма образованной и рафинированной дамой, изображала колхозниц. Мол, с такими данными носила на экране убогие шмотки, а имела право на креп-жоржет и филь-де-перс. И – в ролях богинь Олимпа. А заставляли напяливать маски ударниц социалистического труда и запылённых стахановок. Любовь Орлову тоже часто жалеют – была дивой голливудского фасона, а приходилось осваивать ткацкий станок, дабы чётко сыграть в «Светлом пути».
Примечательно, что «типично советским» авторы именуют Петра Вельяминова, чья дворянская родословная столь пышна, что Романовы и Бурбоны стыдливо прячутся под вуалями. Нет же, строчат, что Вельяминов – расхожий вид колхозного активиста или бригадира фрезеровщиков.
Если бы авторы были грамотными, они бы знали, каковую наружность имели дворяне. И это необязательно тонкие запястья и обморочная бледность. Помню портреты местных нобилей в провинциальных музеях, так все помещицы – с наружностью Валентины Телегиной (которая – бабка Алевтина из Пенькова).
Да, про «несоветскую внешность» часто пишут в публикациях о каких-нибудь малозначительных актрисах, типа Нонны Тереньевой – этакой нежной фиалки, зачем-то выросшей на засеянном рожью поле. Её игра – вялая и скучная.
Потому-то и не звали особо – кому интересно расшевеливать сонную рыбину? Но обязательно скажут, что в неё были влюблены все мужчины Советского Союза, а дальше – о мешках писем. Хотя… Если глянуть на фильмографию, не так уж её и зажимали в связи с «французским шармом» и «нездешним шиком».
О, да! Людмила Гурченко тоже «не была создана, чтобы играть обитательниц коммуналок». Но ирония в том, что её драматические роли куда как эффектнее всяких мамзелей в боа. Потому что, когда она играла в «Пяти вечерах» и «Старых стенах», то мы видели настоящую Гурченко, а не ужимки и попытки бить чечётку. И вечное: кабы не «совок» с его идеологическими канонами и стремлением явить станки-станки-станки!
Вот во Франции или в Америке их всех ждали бы великие судьбы и подходящие роли. Правда, когда закончился СССР, никто и ничего так и не сыграл – ни аристократов, ни дeгенератов.
