«Возлюбленная госпожа Клара»

Её тонкие пальцы быстро и легко взлетали над клавишами, и дивная музыка наполнила гостиную. Заворожённый Брамс боялся пошевелиться – ему казалось, если он сделает хотя бы одно движение, волшебство этого мига уйдет.

Клара исполняла его произведение первый раз, но она делала это так талантливо и точно, будто уже читала нотную тетрадь.

Этого было достаточно, чтобы разбудить в Брамсе чувство. «Возлюбленная госпожа Клара», — так отныне он будет звать жену композитора Шумана.

Девочка молчала. Родители продолжали ссориться, а она стояла в уголке столовой и играла кистями скатерти. В 1823 году ей было четыре года, но Клара Вик ещё не произнесла ни единого слова.

Да и к чему говорить, если в доме пианистки и торговца фортепиано слова звучали и без того слишком часто: злые, недовольные, полные упрёков?

Фридрих Вик и Марианна Тромлиц стали родителями пятерых детей, но так и не смогли ужиться под одной крышей. В 1824 году они всё-таки развелись.

Марианна оставила детей мужу, затем снова вышла замуж и подарила жизнь ещё четверым детям. Со своими «первыми отпрысками» она обменивалась только короткими письмами. Ей было не до них.

В музыкальной семье детей рано начали учить игре на фортепиано. Фридрих Вик быстро понял, что Клара – самая одаренная из всех.

 «Она виртуозно обращается с музыкальным инструментом, — объяснял отец своей сестре. – Из неё может получиться гениальная пианистка».

 Клара, заговорившая только в пять лет, к девяти уже исполняла очень сложные произведения. Отец принял решение забрать её из школы и составить для неё индивидуальный план обучения.

Все занятия Клары должны были способствовать её главному предназначению.

В одиннадцать Клара собирала полные залы в родном Лейпциге. В двенадцать – выступала в Париже, и публика боготворила её.

Гёте подарил маленькой Кларе медаль со своим портретом, а виртуоз Николло Паганини посчитал за честь играть вместе с юной фрейлен Вик.

Франц Шуберт подписал ноты для Клары: «Знаменитой артистке Вик», а австрийский императорский Двор пригласил девушку выступать перед самой знатной публикой несколько сезонов подряд… В восемнадцать лет Клара была на вершине славы.

И у неё был секрет: тайком от отца Клара встречалась с пианистом Робертом Шуманом. Они познакомились, когда Кларе исполнилось всего восемь лет – Шуман брал уроки музыки у Фридриха Вика, и даже год провёл под его крышей.

Этот молодой человек восхищал Клару своим талантом, и в шестнадцать она впервые согласилась на встречу с ним. Наедине.

Когда отец узнал, что Шуман ухаживает за его дочерью и даже планирует жениться, сказал категорическое: «Нет!». У Роберта не было ни гроша за душой.

Чтобы Клара не встречалась с Шуманом, отец распланировал её жизнь по минутам. Концерты, гастроли…

Даже чернила и бумагу прятали от девушки, чтобы она не смогла написать любимому (который к тому моменту начал издавать журнал и уже не бедствовал).

Влюблённые оказались упрямы: Роберт и Клара подали в суд Лейпцига. Они требовали разрешения на брак. 12 сентября 1840 года их обвенчали, но отец… не пришёл на свадьбу. Три года потребовалось, чтобы Фридрих Вик остыл и принял выбор дочери.

Молодожены казались счастливыми. Они снимали квартиру в красивом особняке, неподалеку от квартала печатников, и часто принимали гостей из музыкальной среды: у них бывали Мендельсон и Ференц Лист, музыканты, критики и певицы.

Ганс Христиан Андерсен не раз гостил у четы Шуман. И он же становился свидетелем их размолвок.

Дело в том, что Роберт Шуман оказался не менее деспотичным, чем отец Клары. Он хотел контролировать каждый её шаг, направлять строго по своему усмотрению.

Некоторые произведения, которые бралась изучать Клара, казались ему несерьёзными. Когда она сама начала сочинять, подвергал её работы критике.

И гастроли не нравились Шуману – он даже не поехал с женой, когда ту пригласили выступать в Дании. Правда, в 1844-м неохотно сел на корабль до Петербурга: Кларе предложили серию концертов перед императорской семьей.

Роберт предпочел бы «карманную жену». К тому же, в семье рождались дети! С 1841 по 1854 год Клара стала матерью восемь раз, но заботу о малышах поручала, в основном, няням и гувернанткам.

Она по-прежнему много работала, особенно, когда семья перебралась в Дюссельдорф.

Дело в том, что Шуман серьезно заболел. Сначала он мучился от «посторонних шумов», затем они стали всё более навязчивыми.

У него болела голова, он почти перестал спать – Роберту постоянно казалось, что он слышит очень громкую музыку. 27 февраля 1854 года Шуман бросился с моста. Его спасли, но поместили в психиатрическую клинику.

За год до этого события в доме Шуманов появился Иоганнес Брамс. Он принёс свои ноты и очень просил Клару исполнить его произведение.

Она села за рояль, её тонкие белые пальцы взлетели над клавишами… Музыка полилась. Глаза Брамса ярко горели. Клара играла безупречно.

Она почувствовала его музыку так, словно сама писала её. И молодой композитор, младше пианистки на четырнадцать лет, влюбился без оглядки.

«Возлюбленная госпожа Клара», — писал он ей. Да, понимал, что она замужем и у неё столько детей… Но продолжал любить и присылать страстные письма.

Когда Роберт заболел, Брамс пожелал быть рядом. Он помогал в самых простых делах: мог сходить в лавку, посидеть с детьми, переписать ноты для Клары…

В самые тяжелые годы Брамс не переставал оказывать поддержку своей возлюбленной. В 1856 году она овдовела.

Сделать предложение он так и не решился. Отношения между Кларой и Брамсом – вызывают у историков споры. Письма композитора показывают, каким сильным было его чувство в то время.

Но отвечала ли Клара? Известно, что она охотно принимала его помощь, выступала вместе с ним на гастролях, но о её симпатии почти ничего нельзя сказать.

«Как я люблю тебя… — Признавался Брамс в одном из писем. – Ты настолько бесконечно дорога мне, что я не могу описать это словами… Ты самое драгоценное и чистое, что есть у меня».

Позже у Брамса были увлечения, но ни одну из девушек он не повел к алтарю. Он добился известности, его называли «новым Бетховеном», он преподавал, работал при дворе, но со временем стал нелюдим. Их жизненные пути с Кларой потихоньку разошлись.

«Страсти не естественны для человека, — писал Брамс позже, — страсть должна исчезнуть, или надо изгнать её».

А Клара много работала, чтобы содержать детей, и не испытывала нужды – до самых последних дней жизни она была востребованной пианисткой. Её не стало в 1896 году. Брамс пережил свою «возлюбленную госпожу Клару» меньше, чем на год.