— Лиля, приезжайте скорее, радость-то у меня какая!
Мария Алексеевна позвонила вечером совсем некстати. Но так как и дочь, и зятя своим заявлением заинтриговала, то они вынуждены были бросить все дела и отправиться к ней.
Пока добирались, рассуждали и никак не могли взять в толк — какая может быть радость? Ни денег, ни достойной работы в этой провинции, жилья своего тоже нет. Молодые после свадьбы уже второй год снимали небольшую квартиру и перспектив на собственную пока не было. Поэтому и с детьми не торопились.
Мама Лили, которая жила одна, тоже не могла похвастаться достатком. Поэтому и единственной своей доченьке, которую воспитала в одиночку, помочь ничем не могла.
— Лиля, дочка, свершилось! Слава тебе, Господи! Не зря, значит, я надеялась и ждала! — радостно встретила супругов Мария Алексеевна. — Я, честно сказать, боялась, что она Ваське, братцу моему, всё отпишет. Да он и сам мне говорил, дескать, у меня двое сыновей, им нужнее. А у тебя одна дочка, пусть её муж обеспечивает, на то и замуж выходила.
Женщину переполняли эмоции, поэтому речь была сумбурной и путанной.
— Так, Мария Алексеевна, прошу вас, сосредоточьтесь, — перебил тёщу Никита. — Вы для чего нас с Лилей позвали? Мы все дела бросили, к вам помчались. Хотели нам что-то сообщить, вот и сообщайте.
— Да, хотела. У вас теперь есть квартира! Поздравляю, дорогие мои!
— Да ты что, мама? Ты не шутишь? Это правда? — растерялась Лиля.
— Абсолютная! Тётка моя покойная, Степанида, царствие ей небесное, свою квартирку тебе, Лилечка, завещала.
— Неужели правда, мама? — ещё не верила дочь в своё счастье.
— А это точно? Вы ничего не напутали, Мария Алексеевна? — уточнил Никита, который тоже выглядел взволнованным.
— Да нет же! Ничего я не путаю. Я же говорю вам — думала, что брату моему и его сыновьям отпишет, а Стеша, добрая душа, моей дочке свою квартирку завещала. Не зря тётя ещё при жизни меня любила и жалела за судьбу непростую.
— Так чего мы ждём? Давайте прямо сейчас туда и поедем! Посмотрим, что там за квартира. Есть у вас ключи-то, Мария Алексеевна? — сразу приободрился зять, который пока ещё боялся поверить такому счастью.
— Есть ключи. Я за тётей ухаживала, продукты ей возила, лекарства. Сейчас и поедем, если вы хотите. Да и посмотрим, что там.
— Мама, я так рада! Неужели так бывает? А она двухкомнатная? А площадь какая?
— Да, двухкомнатная. А площадь я тебе точно не скажу. Надо документы смотреть. Правда, там нужно будет всё разобрать. Многое выкинуть, кое-что я себе на память о тёте заберу.
— Да и ремонт нужно будет сделать, — мечтательно продолжала Лиля.
— Ремонт — обязательно! — по-деловому выдал зять, который уже представлял себя хозяином этой квартиры.
Теперь жизнь Никиты и Лили полностью изменилась. Каждый день по вечерам они ездили на свою квартиру. Сначала помогали Марии Алексеевне разбирать вещи покойной тётки. Много чего из мебели и вещей перевезли к ней домой. Остальное просто выкинули.
— Нужно всё поменять! Абсолютно! Купить красивые обои, светильники поменять по все квартире, полы обновить. В ванной и туалете сантехнику заменить на новую, и пока на этом всё. Большего наш с тобой бюджет, Лилечка, не потянет, — рассуждал муж. — Ну а вообще квартирка в хорошем состоянии. Видно, что хозяйка следила за своим жилищем.
— Да, тётя Стеша жила одна, замуж не выходила, но всегда была при деньгах. Поэтому и квартира её так хорошо сохранилась, — подтвердила слова зятя Мария Алексеевна
Тёща помогала молодым супругам — деньги на стройматериалы подкидывала с зарплаты, да и сама принимала непосредственное участие в ремонте. Всё свободное время проводила теперь на дочкиной квартире.
И вот наконец-то Никита и Лиля переехали в пахнущую свежей краской и новыми обоями собственную жилплощадь. Повесили новые шторы и модную люстру с пультом для переключения световых режимов. Завезли купленную в кредит новую современную мебель. Квартира сразу преобразилась.
Мария Алексеевна никак не могла нарадоваться за дочь. Пусть теперь всё у молодых будет хорошо. Жильё есть, и о детишках можно подумать.
Тёща сидела за праздничным столом у дочери и зятя. Праздновали новоселье, на которое супруги позвали всех друзей и коллег. Поздравления и пожелания долгой и счастливой жизни в новой квартире слышались от захмелевших гостей.
Говорили много, но почему-то никто не сказал спасибо Марии Алексеевне. Ни дочь, ни зять. А ведь она не только физически помогала им с ремонтом, но и всё до последней копейки отдавала из своей небольшой зарплаты. Так хотела, чтобы поскорее всё закончилось. И чтобы дочка с мужем смогли купить себе мебель и всё необходимое для жизни.
— Ну и ладно. Что уж теперь… Я же не для этого помогала детям. Не для благодарности. Когда-нибудь потом скажут, — грустно прошептала женщина, улыбаясь гостям.
Но потом Марии Алексеевне стало пусто и одиноко. Теперь у неё и особой причины не было, чтобы лишний раз прийти к детям. Что уж скрывать, одинокую женщину очень тянуло к ним. Хотелось быть рядом, разделять с детьми радость.
— Мария Алексеевна? Вот так неожиданность? А что вы здесь снова делаете? — недовольно спросил только что вернувшийся с работы зять. — Вчера приходили и два дня назад — тоже. Я думал, сегодня выходной нам устроите.
— Вот, блинчиков вам свеженьких привезла. Угостить вас хотела. Лиле некогда тебя вкусностями баловать — всё время на работе пропадает, — оправдывалась женщина.
— Блинчики — это хорошо, кто бы спорил! Но вам не кажется, что вы зачастили? Давайте как-то уже дозируйте своё присутствие у нас в квартире. У вас своих дел совсем нет? — почему-то злился Никита.
— Ой, да какие у меня дела? Все мои заботы только о вас, — извиняющимся тоном проговорила Мария Алексеевна — Простите, если помешала. Поеду тогда домой, надоедать не стану.
— А где мама? — Лиля вышла из душа. — Она же блины нам привезла, ещё что-то из продуктов. Я ей сказала, что, как только тебя дождёмся, так ужинать сядем.
— Мама уехала к себе домой, где ей и положено быть. Давай есть, — сухо сказал муж.
— Странно как-то. Она же согласилась остаться и поужинать с нами…
А потом Лиля заметила, что мама перестала у них появляться. На вопросы дочери туманно отвечала, что у неё много дел.
— Мам, ну какие у тебя могут быть дела? Что-то ты темнишь?
— Ну как же без дел, что ты, дочка? Да и устаю я. На работе проблемы. Живите там без меня, наслаждайтесь своим жильём. Теперь у вас всё есть для счастья, — грустно отвечала мама.
— Никит, а что происходит? Почему мама к нам больше не приходит? Это твоя работа? Ты что-то ей сказал?
— Да, не приходит, потому что я забрал у неё ключи. А сегодня ещё и поменял замки. Вот тебе новые ключи. И вообще, я сказал Марии Алексеевне — пусть она к нам больше не приходит. А то какой-то бардак получается. Каждый день она здесь. Приходишь с работы — а тут тёща. Такое ощущение, что она живёт с нами.
— Ну и ну? Что плохого сделала тебе моя мама? И зачем ты поменял замки?
— Это надо было сделать давно. Мало ли у кого ещё были ключи от этой квартиры. Да и матери твоей пора понять — здесь живёт семья. Наша с тобой семья. И в гости к нам можно приходить только по приглашению. Пусть тёща привыкает.
— Вот это да! — возмущённо выкрикнула жена. — Ну ты и подлец, Никита! И это после всего, что мама для нас сделала? Вот такое отношение она заслужила. Да? Не ожидала я от тебя этого, не ожидала. Да ты знаешь, что мама ещё год долги будет отдавать после нашего с тобой ремонта! А мы ей даже спасибо не сказали! Ни разу за всё это время. А теперь ещё и выгнали вон.
— Ну да, помогала, согласен. А её никто не заставлял! Если что, то тёща сама, по собственному желанию спонсировала наш ремонт и покупку мебели. И, как ни крути, а я прав. У нас с тобой семья, а мать твоя пусть привыкает, — ответил супруг.
Лиля вдруг горько заплакала. Ей было обидно за маму, от которой они видели только добро. Она позвонила, стала извиняться за мужа.
— Всё нормально, дочка. Не переживай за меня. Если разобраться, то в чём-то Никита прав. Всё правильно, у вас своя жизнь, у меня своя. Мне просто хотелось быть рядом. Нужно было самой догадаться, что я ему надоела.
Шло время. Однажды Лиля сообщила матери радостную новость — у них скоро будет ребёнок.
— Как же я рада за вас, доченька! Давно вам пора обзавестись потомством, — эмоционально отреагировала мать.
Потом родилась Юля. И хоть девочка была слабенькой и часто болела, бабушка по-прежнему была не частым гостем у дочери с зятем. Приезжала только тогда, когда позовут.
А когда внучке исполнилось семь месяцев, Лилю увезли в больницу с приступом аппендицита. И Никита остался вдвоём с маленькой дочкой. Он был очень растерян и не знал, что делать. Его родители жили в другом городе и к тому же работали, помочь сыну ничем не могли.
— Спасайте, Мария Алексеевна! Не справляюсь я один, — позвонил Никита тёще уже на второй день. — Приезжайте к нам. Поживёте здесь, пока Лилю не выпишут. С Юлечкой понянчитесь.
— Я приеду, конечно, и помогу. И внучку, и дочку мне жалко. Только где же твоё пожалуйста? Где спасибо за всё, что я для вас сделала, а, зять? — неожиданно для себя спросила мать жены. Старая обида всколыхнулась с новой силой. — Или пока всё было хорошо, с тёщей можно было и не считаться?
— Нет, ну вы нашли время — счёты сводить! Спасибо вам за всё! Мы с женой ценим вашу помощь, Мария Алексеевна! Только пожалуйста, приезжайте к нам и побыстрее, Юля весь день плачет, — Никита был уже на грани.
— Ну вот, то-то же!
Мария Алексеевна поселилась в квартире дочери и ухаживала за внучкой, пока Лилю не выписали.
С тех пор Никита пересмотрел своё отношение к визитам тёщи. Он сам теперь частенько зовёт мать жены в гости. Объясняет свои приглашения тем, что внучка очень скучает по бабушке. И теперь сам уже понимает — детей без бабушки растить тяжело. Тем более, что они с женой уже за вторым собрались.
Всё хорошо, что хорошо кончается. Как в этой истории.
