В фильме «Карнавал» 1981 года главная героиня Нина Соломатина отправляется из провинции в Москву искать счастья в актёрской профессии. Остановиться ей негде, единственный, кого она в Москве знает, это её отец Михаил Иосифович Соломатин. Михаил Иосифович художник. Когда-то, лет 18 назад он точно так же как и Нина в погоне за счастьем и славой уехал в столицу.
Увы, Москва слезам не верит, не стяжал он в ней славы. Пробивается случайными подработками, вечно в творческом поиске, вечно недоволен результатами своей деятельности. Хочется чего-то такого, великого, чтобы на века, а не выходит. Художников полно и все с амбициями.
А чтобы зацепиться в столице, Соломатин женился на москвичке Жозефине, даме с аристократическими замашками. Стандартный ход что по тем временам, что сейчас.
Жозефина, Жозефина Викторовна, женщина непростая. Есть в ней какая-то реплика от того сословия, которое до революции называли господами. Чисто предположение — возможно, она потомок какой-то состоятельной семьи. Может быть, и этот старый дом дореволюционной постройки, в котором они живут, когда-то принадлежал её семье.
А потом, как водится, отца расстреляли, а их «уплотнили», превратив отдельный большой дом в сплошную коммуналку. Отсюда и это плохо скрываемое раздражение Жозефины к соседям. Помните? «Жозефина Викторовна, это вам» — «Слышу». Каким тоном было сказано это «Слышу»! Сквозь зубы процежено. Сразу понятно, что с соседками у неё «высокие отношения».
А перед этим она даже не посчитала нужным ответить на вопрос соседки о строящемся доме. Презрение чувствуется в каждом её взгляде, в каждом её жесте, в слегка прищуренных глазах, в плотно сжатых губах. Сразу понятно, что они все её просто бесят.
Может быть, если бы с личной жизнью у Жозефины всё было в порядке, она легче бы переносила присутствие соседок. Но увы, ей и тут не повезло. Трудно сказать, почему она вышла замуж за приезжего — москвичи таких браков боялись, потому что в те годы прописка давала право на метры.
Может быть, засиделась в девках, может быть, за плечами был первый неудачный брак, а может быть, просто влюбилась. Ведь Михаил Соломатин на первый взгляд довольно-таки обаятельный товарищ. Он умеет подстроиться, умеет понравиться. Это только потом в процессе общения узнаешь, что человек он так себе — бросил дочь, бросил мать, изменяет жене, обмануть-соврать — запросто.
Помните её вопросы Нине: «Как в Оханске? Он же был в… Ну да. Проходите». «А он там один был в этом вашем Оханске?» Тут понятно, что вольный художник муж тот ещё фрукт. И так жизнь не клеится, а тут ещё вишенка на торте — внезапно объявившаяся почти взрослая дочь Михаила, которая к тому же никаких границ не чует.
В этом плане стоит обратить внимание на обстановку в комнате, где проживают Соломатины. Давайте ещё раз посмотрим на их жилище:
Тесно. Особо не разбежишься. Пространство на ночь отгораживается ширмой — она стоит у окна. Бросается в глаза отсутствие современной мебели. Здесь всё старое. Старые стулья, старый буфет, старые настенные часы, старая модель парусника, старый выгоревший абажур — в 80-е таких уже практически ни у кого не осталось, все «каскадов» понавешали.
Все эти вещи явно приобретены ещё до брака с Михаилом. Все они принадлежат Жозефине. Это её мир. В котором нет места Михаилу, а по большому счёту и их сыну. Помните, как Жозефина сорвалась на него за обедом: «Тебя не в лагерь посылать, а в колонию! Господи, как бы я вздохнула…» Нелюбимый сын от нелюбимого мужчины.
Единственное, что напоминает о присутствии здесь Михаила, это мольберт в углу. А общее впечатление от этой комнаты — какое-то всё зажатое, некомфортное, неуютное. Точно такое же, как и сама Жозефина. Такое же, как её семейная жизнь. При взгляде на Жозефину возникает ощущение, что она душевно отделилась и от мужа, и от сына, что она вынужденно терпит их обоих.
Но вот они получают новую квартиру. Двухкомнатную. Новоселье всегда ассоциировалось с началом новой жизни. И когда Нина приходит отдать отцу деньги, мы видим, что в квартире Соломатиных появилась новая современная мебель, но как дополнение к старой.
В прихожей стоит тот же гардероб, сосед затаскивает им тот же столик:
В комнате висит новая люстра, на кухне есть новый кухонный гарнитур, у Димы появилась собственная комната:
А вы помните, как весело смеялась Жозефина за обедом в день переезда? В какой-то момент среди этого хаоса она даже приобняла мужа:
Она наконец-то избавилась от прелестей жизни в коммуналке, от этих вездесущих соседок, Нина долго не давала о себе знать — кажется, в её жизни наконец-то наступила стабильность, и Жозефина расслабилась. Так что есть надежда, что наконец-то их с Михаилом семейная жизнь выровняется и придёт к какому-то если уж не счастью неземному, то хотя бы к спокойствию.
