В 1989 г. известный советский журналист, публицист и писатель Леонид Жуховицкий написал небольшую повесть «Ребенок к ноябрю». А в 1992 г. кинорежиссер Одесской киностудии Александр Павловский, самыми известными работами которого были фильмы «Ар-хи-ме-ды», «Трест, который лопнул» и «Зеленый фургон», снял по этой повести художественный фильм с тем же названием — «Ребенок к ноябрю».
Повесть Жуховицкого «Ребенок к ноябрю» так и просилась к экранизации. Практически готовый сценарий, тщательно проработанные образы героев, занимательный сюжет, где можно и посмеятьс,я и пожалеть главную героиню — тридцативосьмилетнюю диспетчера автобазы Джульетту по паспорту, а в быту просто Дашку.
Дом, где в коммунальной квартире живет Дашка, идет под снос. Ей могут дать в комнату в малосемейке, где уже проживает проживает какой-нибудь алкаш. В итоге та же коммуналка. И у лучшей подруги Дашки Надин и ее мужа Лешего рождается план. Дашке нужно срочно забеременеть, и тогда она получит уже отдельную однокомнатную квартиру, а если будет мальчик, то даже и двух комнатную.
Замужем Дарья никогда не была. Романы время от времени возникали, девушка была влюбчива, но кончались, как правило, одинаково: тут уж срабатывала Дарьина порядочность, неизменная и в двадцать лет, и в тридцать, и в нынешние тридцать восемь. После первого же горизонтального свидания она смотрела на нового мужика как на единственного и последнего, иначе просто не могла. Правда, его верности не требовала, на это ума хватало, но о своей объявляла истово, будто клялась. На благодушных современных мужчин, выросших в традициях постельной демократии, это производило впечатление шоковое: они просто не могли понять, почему акция… не более значительная, чем партия в шашки, воспринимается столь торжественно. И — что за этим кроется — сдвиг по фазе или коварный расчет? В любом случае требовалось бежать. Они и сбегали. А Дарья вновь терпеливо ждала человека, которому понадобится ее пожизненная преданность.
Впрочем, в последние годы с ней что-то произошло — перестала ждать. Видно, не судьба. Что ж, и холостячки живут, не всем же замуж, тем более с ее характером. Дарья стала подумывать о ребенке. Не конкретно, а так, вообще.
Теперь же расплывчатая идея впрямую приложилась к ситуации.
И начинаются поиски того самого мужчины, который подарил бы ей сына, а может еще и дочку, и точка. Идет череда смешных и грустных попыток. От кого хочет она — не хотят ее, а кто хочет ее — не хочет она. В итоге судьба сводит ее с телемастером Жорой, основной недостаток которого то, что он ниже ее ростом и рыжий. Зато таких телемастеров три на всю Москву, действие происходит в Москве, и починить он может любую импортную теле-видеоаппаратуру. Повесть имеет открытый финал с явным уклоном в то, что между Дарьей и Жорой возможны вполне марьяжные отношения.
В общем, в случае экранизации могла получиться такая мелодрама в стиле «Впервые замужем» Нилина и Хейфица. И та же самая Евгения Глушенко могла бы записать в свой актив еще одну замечательную роль, а роль телемастера Жоры, который очень достойно ухаживает за Дашкой, просто написана для Станислава Любшина. Было им что тут играть и что показать.
Но, как уже сказано, фильм снимал ни Хейфиц, и даже ни Разйман, а Павловский, у которого неплохо получались музыкальные комедии, особенно на музыку Максима Дунаевского. И вместо социальной мелодрамы Павловский попытался снять комедию положений, что-то такое, в легком комедийном, французском стиле — с уже не запрещаемой цензурой, вследствии отсутствия этой самой цензурой, обнаженными верхними женскими и нижними мужскими бюстами. С легкомысленными красотками и роковыми мужчинами. С пошловатыми, двусмысленными шуточками в адрес бывшей партократии. И забойной музыкой Максима Дунаевского.
Но вот только для того, чтобы получилось что-то французское, надо чтобы и драматургический материал был соответствующий — французский. А не советская социальная драма. А то получится какой-то нижегородский неудобоваримый compote. Вот Алексей Коренев в это же время снял настоящую французскую комедию с замечательными артистами и у него получилось.
И что еще тут надо отметить. Фильм снимался в конце 1991 — начале 1992 г. В стране произошла катастрофа. Только что в Беловежской Пуще русский алкаш, хитрож…ый хохол и примкнувший к ним простой, как пятак, бульбаш растащили по национальным квартирам великую страну. Обалдевшие от такой выходки средне- и центральноазиаты, придя в себя, кинулись вслед тырить майно по юртам.
Наша страна в 1917 г. вопреки Марксу-Энгельсу, которые ее биологически ненавидели, пошла по «некапиталистическому» пути развития. Социализмом это было трудно назвать, так как никто в натуре этот социализм еще не строил, но то, что это был некапиталистический путь развития, отрицаемый классическим марксизмом — однозначно. И вот в 1991 г. страну, которая вполне успешно проскочила все мерзости развития капитализма, перерастающего в империализм, решили вернуть на сто лет назад, в эпоху первоначального накопления капитала, где никто из будущих миллиардеров никогда не сможет отчитаться за первый свой миллион, не рискуя получить, как минимум, пожизненное.
Вот к чему я такой боковик в рассказе о незатейливом фильме сделал? А все потому, что смотрел я впервые этого «Ребенка к ноябрю» в ноябре 1992 г. в столице нашей «тайги». В начале 1992 г. рванул я из нашего столичного таежного городка, где полным ходом шла «свобода торговли» и «свободные цены», жить и работать далеко на Север. Где дымил трубами флагман советской промышленности, 160 тыс работников, принося до 2 процентов ВВП страны, и самое главное — там особо не заморачивались уплатой налогов, но прибылью делились с населением — и с работягами, и с бюджетниками. В итоге, в этой тундре был почти что коммунизм — цены почти советские, а зарплаты почти американские. В магазинах завались импортных дубленок, пропиток, югославских кожаных плащей и курток. Уже и греческие норковые шубы пошли в достаточном ассортименте. На китайские собачьи шубы по цене 10 тыс рублей, одна десятая месячной зарплаты простого рабочего, никто и не смотрит.
А в столичном городе нашей «тайги» за эти полгода полная разруха, ветер гоняет мусор по грязным сугробам, комерсы занимаются кидаловом, рэкитеры вымогаловом, депрессия, убогие «комки» с немецкими ликерами, итальянским загадочным «Амаретто» и обязательным голландским спиртом «Рояль», где рядом иногда висит эта самая одинокая китайская собачья шуба, но уже по цене 90 тыс рублей. И вот на фоне всего этого «свободного рынка» и занесло меня в кинотеатр.
В зале было человек пять, холодно и неуютно. Как говорил классик: » Эпоха была жуткая, даже жутчайшая. Настроение было гнусное, и атмосфера была мерзопакостная.» Вот один в один. И показывают нам очередной образец «кооперативного» кино. Только не «чернуху», а «веселуху».
Если сравнить фильм с повестью — все вроде бы практически аутентично, а в результате два совершенно разных произведения. В повести — социальная драма, в фильме — пошленькая комедия.
Вот главная героиня Джульетта-Даша. Тридцать лет. Медсестра на «скорой помощи». Ее играет Лариса Тотунова. До этого она была Шахворостовой, в фильме она уже с мужниной фамилией, сейчас вновь на девичьей .
Смазливая такая мордашка, имеет любовника, врача с той же «скорой помощи». Его играет любимец женщин Александр Соловьев.
В начале фильма под задорную музыку Максима Дунаевского Даша и ее любовник демонстрируют нам свою обнаженку. Меня не впечатлило, несколько лет частных видеосалонов произвели очень сильное просветительское влияние в вопросе обнаженки. Особенно голый зад Соловьева. Но раз снимаем под французов — то куда без мужского голого зада.
А вот это лучшие друзья Дарьи, почти родственники, супруги Надин и Леший, от имени Леша, Гаврюшины. У них собственная двухкомнатная квартира и сын Кешка. Надин играет Лариса Удовиченко, Лешего Сергей Маковецкий. У Маковецкого еще крашенные волосы, наверное, после какого-нибудь спектакля Виктюка. Потом краска сойдет. Но поначалу видок у него достаточно двусмысленный, не тем гендером попахивает. Впрочем, тогда таких слов и не знали.
Дарья у Гаврюшиных встречает Новый, исторический, 1992 год.
Но у героев фильма телевизор не работает. У них серьезная проблема. Как помочь Даше. В книге Даше ребенок был нужен, чтобы получить отдельную квартиру. А в фильме она проживает в комнате в коммуналке бывшего мужа, и к тому же в ней не прописана. Муж живет у новой жены. Дом идет под снос и квартиру получит бывший муж, а Дарье — шиш. Она никто на этой жилплощади. Поэтому друзья ей советуют быстро, к ноябрю, когда дом начнут расселять, завести ребенка. Правда, непонятно, как ей это поможет в получении квартиры. С ребенком наперевес пойдет по инстанциям, грудями наваливаясь на столы начальства? Я же мать!
Но Дарья соглашается с данным планом и приступает к действию. Первым номером идет любовник врач Володя. Но он отказывает в такой мелочи своей любовнице, она покидает его, а он быстро находит себе новую медсестру.
Вторым идет бывший, лет десять назад, Дашка только приехала в город из села, любовник, ее односельчанин Павел. В книге говорится, что он работает наладчиком на заводе. Имеет репутацию «бабника».
За аристократичность рожи Дарья про себя окрестила его «Граф», и в разговорах с Надин он тоже проходил под этой кличкой.
Играет «Графа» Александр Панкратов-Черный. То, что рожа у него аристократичная — это вряд ли, но обаяние есть.
«Граф» и рад был помочь Дашутке, но «не смог». Вот именно так — «не смог». Переволновался, наверное, от ответственности порученного дела. И как ни старался — «не смог».
Дальше у Дарьи были попытки с «настояшим мачо», «известным киноартистом», а на самом деле грузчиком с киностудии, любовником директора фильма. который снимался в Дашкином городе, Игорем. Игоря играет один из секс-символов начала 90-х Валерий Смецкой. Его самая известная роль — летчик в клипе Софии Ротару «Ночной мотылек». Вот такой «Челентано» заскочил в поисках добычи на вечер «Кому за 30-ть», куда Надин, Леший и Дашка пришли в поисках самца-оплодотворителя.
С «Челентано» тоже не получилось. В самый ответственный момент в его номер, где он и Дашка уже расположились, ворвалась любовница-директрисса.
Потом бы случайный морячок загранплавания на праворульной «хонде» с «наполеоном» в бардачке. Полный джентльменский набор начала 90-х. Морячка играет волосатый, молодой и еще достаточно худощавый Александр Стриженов.
От услуг морячка Дарья сама отказалась, но бутылку «наполеона» у него стащила. Так как поиски зашли в тупик, то Надин решила воспользоваться услугами «мужчины по вызову», которого нашли по рекламе в газете. От «солидной» фирмы пришел вот такой «по вызову», в исполнении Михаила Светина. Бывший инструктор райкома партии. Как он сам пояснил, нынешняя работа мало чем отличается от предыдущей. То есть такой, уже идеологически верный, плевок в сторону КПСС.
Намек что вся идеологическая работа была в советское время сродни проституции, партийные работники продавали свою совесть за деньги, пропагандировали то, во что не верили. А теперь за деньги он продает свое тело. И это даже честнее.
Но и инструктор не подошел Дашке. И тогда Надин решилась на жертву. Что для подруги не сделаешь. Приказала мужу заняться лучшей подругой. Постелила сама постельку. Дала на все про все два часа времени, сама пока не погуляет. И чтобы не опозорил жену перед подругой.
И что только не сделаешь для лучшей подруги. Снял Леший трусы и лег. Дашка тоже сама разделалсь, но опять передумала.
Нет, так она ребенка к ноябрю не заведет. Фильм заходит в тупик, но тут появляется телемастер Жора в исполнении Андрея Анкудинова. На том же вечере «Кому за 30-ть» он тоже искал себе подругу жизни. И нашел ее в лице Дарьи. Режиссеры позволили Анкудинову показать свое умение в бальных танцах и петь французский шансон с французским акцентом. Это он, задирая ноги, выплясывает перед Дарьей.
*
Дарье он тоже не понравился, но Жора не стал отступать, постоянно ее преследовал и добился таки своего. Вот финальные кадры. Все семейство в сборе.
Что следует отметить кроме пошленького и беспомощного сюжета. Такое же беспомощное и халтурное актерское исполнение. Работа оператора и художника — экономвариант «кооперативного» кино. Убогие «совковые» интерьеры могут просто служить «энциклопедией совковой жизни», как впрочем и модели одежды. Картинка мутная и блеклая. Единственное яркое пятно — песня М. Дунаевского на стихи Л. Дербенева в исполнении Игоря Наджиева.
Посмотрев весь этот бред, про то как Даша семь мужиков поменяла, пока счастье не нашла, вышел из кинотеатра. А там — ночь, улица, фонарь, и действительно аптека напротив, грязный снег, ветер стылый обрывки газет гоняет, прохожие съеженные вдоль стеночек проскакивают мимо.
Разруха, безнадега и депрессия. А нам тут про смазливую дуру, которая в наше время ребенка решила с весельем и отвагой завести, чтобы квартиру получить, которую ей все равно не положено. Нет, эта «веселуха» похлеще всякой «чернухи» будет. Народ на грани выживания, а его этим собираются развлекать. Нет, наш народ лучше для этих целей «роялем» «отравится».
Вот такой фильм в контексте времени. Но это все только мое личное мнение и ощущение от этого фильма. Вам , может, понравиться. По мне так пир во время чумы.
