Первый раз этот фильм я посмотрела, точней, не досмотрела, когда мне было лет 12, и я в нём ничего не поняла. Ожидалось от него чего-то другого: сказки. приключений, весёлых песен — ну как же Караченцов и Боярский снимаются. А там воначо.
Второй раз я посмотрела его уже в сознательном взрослом возрасте, и этот фильм произвел на меня сильное впечатление. «Старший сын» не из тех картин, которые будешь просматривать часто или от нечего делать, ибо это фильм-настроение.
Его надо прочувствовать, впитать кожей. А сейчас, 50 лет спустя после выхода на экраны, он ещё и сильные ностальгические чувства вызывает. И дом этот с деревянными пролётами, и пустой двор со скрипучей каруселью, доносящиеся из окон разговоры…
Это часть нашего детства. Фильм запечатлел то, милое сердцу и ушедшее безвозвратно. Я не хочу сейчас говорить о том, плохо или хорошо это было, просто это было, мы жили вот в этом мире с этими старыми домами и ржавыми каруселями. Другого у нас не было.
Вкратце напомню сюжет: два молодых человека, не обременённых ответственностью, волей случая и собственной безалаберности оказываются ночью в чужом городе и ищут ночлег.
Опять же волей случая они во дворе одного дома подслушивают разговор соседей, узнают имя одного из них и затем стучатся в дверь его квартиры. А чтобы их не выгнали, один называется сыном хозяина квартиры, и так обеспечивает себе и приятелю ночлег и поздний ужин.
И вот тут происходит интересное. Тот, который назвался сыном — Владимир — лжёт. Его спутник Сильва молчит. Он участвует в этом вранье по касательной — просто присутствует при нём.
В дальнейшем обстоятельства складываются так, что в пылу ссоры Сильва выкладывает принявшему их хозяину правду о вранье Владимира. По сути он изобличил лжеца. Но при этом симпатии зрителей на стороне Владимира, а Сильва вызывает только презрение.
Почему так происходит?
Во-первых, Владимир сам по себе производит более благоприятное впечатление. Даже при том, что он соврал, он на фоне Сильвы воспринимается как более надежный человек. Сильва какой-то скользкий, вертлявый, не вызывает доверия. Но не это самое главное.
Главное — то, которое во-вторых — Владимир продолжает лгать потому, что понимает, что правда причинит боль этому милому семейству, которое уже поверило в то, что он на самом деле старший сын и брат, которое его уже приняло и полюбило, которое нуждается в нём. Да и сам Владимир, скорее всего, первый раз в жизни окунулся в по-настоящему тёплую домашнюю обстановку, которой был лишён.
А правда Сильвы имела целью не восстановление истины, а месть. Это тот случай, когда правда, сказанная с целью причинить зло, утрачивает свойства правды и превращается в кривду. Было такое слово в старину. Кривда не равно ложь. Кривда это кривая правда, правда, произведённая на свет подлостью. Ведь не возникни ситуация с этим пожаром, то и не выступил бы Сильва со своей пламенной речью, обличая Владимира.
Нежная Правда в красивых одеждах ходила,
Принарядившись для сирых, блаженных, калек,
Грубая Ложь эту Правду к себе заманила:
Мол, оставайся-ка ты у меня на ночлег.
И легковерная Правда спокойно уснула,
Слюни пустила и разулыбалась во сне,
Хитрая Ложь на себя одеяло стянула,
В Правду впилась — и осталась довольна вполне.
И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью:
Баба как баба, и что её ради радеть?!
Разницы нет никакой между Правдой и Ложью,
Если, конечно, и ту и другую раздеть.
Выплела ловко из кос золотистые ленты
И прихватила одежды, примерив на глаз;
Деньги взяла, и часы, и ещё документы,
Сплюнула, грязно ругнулась — и вон подалась.
Только к утру обнаружила Правда пропажу —
И подивилась, себя оглядев делово:
Кто-то уже, раздобыв где-то чёрную сажу,
Вымазал чистую Правду, а так — ничего.
Правда смеялась, когда в неё камни бросали:
«Ложь это всё, и на Лжи одеянье моё…»
Двое блаженных калек протокол составляли
И обзывали дурными словами её.
Тот протокол заключался обидной тирадой
(Кстати, навесили Правде чужие дела):
Дескать, какая-то мразь называется Правдой,
Ну, а сама пропилась, проспалась догола.
Полная Правда божилась, клялась и рыдала,
Долго скиталась, болела, нуждалась в деньгах,
Грязная Ложь чистокровную лошадь украла —
И ускакала на длинных и тонких ногах.
Некий чудак и поныне за Правду воюет,
Правда в речах его правды — на ломаный грош:
«Чистая Правда со временем восторжествует —
Если проделает то же, что явная Ложь!»
Часто, разлив по сту семьдесят граммов на брата,
Даже не знаешь, куда на ночлег попадёшь.
Могут раздеть — это чистая правда, ребята;
Глядь — а штаны твои носит коварная Ложь.
Глядь — на часы твои смотрит коварная Ложь.
Глядь — а конём твоим правит коварная Ложь.
