Они смешили страну 30 лет. Но когда гас свет в студии, они расходились по разным углам. Почему два мастера так и не стали друзьями — и что Стоянов чувствовал, когда узнал, что партнёра больше нет?
Два одессита, два разных мира
Илья Олейников (настоящая фамилия Клявер) родился в 1947 году. Музыкант по первому образованию, интроверт по натуре, одиночка. Одесский юмор — острый, самоироничный, немного меланхоличный — был у него в крови.
Юрий Стоянов родился в 1957 году, тоже в Одессе. Выпускник ГИТИСа, театральный актёр с академической выправкой. Дисциплинированный, структурный, технически точный.
Когда в 1993 году появился «Городок», никто не ставил на этот дуэт. Скетчи, переодевания, пародии — формат простой. Но что-то сработало. Олейников был непредсказуем — Стоянов держал форму. 500 выпусков, две ТЭФИ. Но даже эти награды не сделали их ближе.
«Мы не дружили. Мы работали»
После съёмок они не ехали вместе ужинать. Не созванивались в выходные. О личной жизни друг друга узнавали из газет.
«Илья был закрытым человеком. Очень. Я узнавал о его болезни из газет — как все остальные» — сказал Стоянов в интервью телеканалу «Россия» в 2013 году.
А на сцене всё было иначе.
«На сцене я знал, что он сейчас сделает, ещё до того, как он это решал. А вот что происходило у него внутри — не знал никогда.»
А как думаете вы: можно ли проработать с человеком 30 лет — и так и не узнать его по-настоящему?
Болезнь, о которой молчали
В 2000-х Олейников перенёс несколько инфарктов. Он скрывал это от всех.
Он не умел иначе. Выходил на съёмки, улыбался — и никто не знал, что через час ему станет плохо. «Городок» был для него важнее больничной койки.
В ноябре 2012 года его не стало. Сердечная недостаточность. 65 лет.
Стоянов позже признавался: когда пришло известие, он долго не мог понять, что именно потерял. Не друга — это было бы неточно. Что-то другое. Ту половину, без которой вторая перестаёт быть целым.
Многие зрители писали тогда: «Как же так? Они были как родные на экране». Именно это и было главной иллюзией «Городка» — ощущение двух друзей, которые просто дурачатся. На самом деле это был высочайший профессионализм двух очень разных и очень одиноких людей.
В чём секрет их феноменального успеха
Большинство юмористических дуэтов держатся на жёстком разделении: умный и дурак, лидер и ведомый. Олейников и Стоянов постоянно менялись местами — и именно это не давало зрителю заскучать за 29 лет.
Никто из них не тянул одеяло на себя. Это редкое качество. И именно профессиональная дистанция, отсутствие личных обид и привязанностей, помогала сохранять этот баланс.
Друзья ссорятся. Коллеги — работают.
Стоянов после «Городка»: он не сломался
Многие думали: без Олейникова Стоянов потеряется. Не случилось.
Ещё в годы «Городка» он параллельно работал в Александринском театре. После 2012 года театр стал его главным домом. Он сыграл несколько серьёзных драматических ролей в кино — без гримас, с настоящей болью в глазах. Критики были удивлены.
«Комедия — это самый сложный жанр. Но я всю жизнь мечтал доказать, что умею и другое. Теперь доказываю.»
Продолжать «Городок» с другим партнёром он не стал. Объяснил коротко: «Городок — это мы вдвоём. Без Ильи его нет.»
Тайна, которую он носил в себе
Мало кто знал: в последние годы жизни Олейников писал музыку. Не для эфира — для себя. Инструментальные пьесы, которые почти никто не слышал. Это был его личный язык — тот, которым он не умел говорить словами.
Его сын Денис Клявер стал певцом (дуэт «Чай вдвоём»). Отец был против — хотел академической карьеры. Но принял выбор сына. Тихо, без скандала.
Закрытый снаружи — и умеющий уступать там, где важно. Вот каким он был на самом деле.
Два одессита. Десять лет разницы. Двадцать девять лет в одном кадре.
Они не были друзьями. Но создали то, что пережило их обоих — смех, который не устарел до сих пор. Дети показывают «Городок» родителям. Родители — детям.
Пересмотрите сегодня вечером старый выпуск. Уверен: вы увидите его совсем другими глазами.
