— Мозга у наших недо-режиссёров — кот наплакал! Да и его остатки засижены помойными зелёными мухами. Правильно я говорю? — язык у Даля слегка заплетался, но актёры дружно смеялись и поддакивали.
— Долой диктатуру дилетантов! — шумел Олег. — Значит, так… Дадим телеграмму на «Мосфильм». Требуем продолжения банкета! Тьфу… Требуем убрать двоих режиссёров и прислать одного хорошего.
Он задумался на секунду. А дальше выдал фразу, от которой коллеги покатились со смеху, а руководство, прочитав её, пришло в негодование:
— Хулиганьё!
Никаких Высоцких и их песен в фильме быть не должно!
Режиссёры Леонид Попов и Альберт Мкртчян с огромным энтузиазмом взялись за экранизацию романа Владимира Обручева «Земля Санникова» — о поисках легендарной тёплой земли, то ли острова, то ли материка, где‑то за Полярным кругом. Картина была снята в Экспериментальном творческом объединении «Мосфильма».
Сценарий фильма как оказалось, уже пылился на полках, но сделать по нему картину было практически невозможно в то время. Как достоверно и эстетично воспроизвести на экране всяких древних животных? К тому же, Мкртчян мечтал снять приключенческую ленту, похожую на «Белое солнце пустыни», фильм, пользовавшийся грандиозным успехом.
Попову и Мкртчяну помог Марк Захаров: он переписал практически всё, сюжет стал авантюрно‑приключенческим, а от изначального сценария ничего не осталось. Да, собственно, и от романа тоже: сохранилась лишь идея поиска вулканического острова в Арктике.
Амбициозные режиссёры решили пригласить в фильм самых хороших, на их взгляд, артистов. Захаров, тоже участвовавший в подготовке съёмочного процесса, предлагал Армена Джигарханяна на роль руководителя экспедиции Ильина, Евгения Леонова — на роль Игнатия, слуги снарядившего экспедицию золотопромышленника, а Игоря Ледогорова — на роль беглого каторжника‑революционера Губина. Но актёры оказались заняты в других проектах.
В итоге Владислава Дворжецкого утвердили на роль Ильина, Георгия Вицина — на роль Игнатия, а Сергея Шакурова — на роль Губина. А вот с Владимиром Высоцким вышла неловкость. Зрители могли бы увидеть его в роли офицера‑авантюриста Крестовского, но этого не случилось.
Владимиру очень понравилась роль, она подходила ему идеально. К тому же предполагалось исполнение им в кадре авторских песен. Высоцкий написал для фильма три песни: «Белое безмолвие» (для начальных титров), «Кони привередливые» (для сцены в ресторане) и «Балладу о брошенном корабле» (для сцены в Арктике). Кстати, и Марина Влади должна была сыграть эпизодическую роль невесты Ильина.
С актёров сняли размеры, сшили первые костюмы, начались репетиции перед выездом на съёмки. Они начинались в марте 1972 года на берегу Финского залива.
И тут на западногерманском радио вышла передача, в которой диктор назвал Высоцкого диссидентом и борцом с советским режимом. Разразился страшный скандал, и гендиректор «Мосфильма» Сизов снял Владимира с роли: «никаких Высоцких и их песен в фильме быть не должно». И Марины Влади, соответственно, тоже — не должно.
Владимир Семёнович тогда действительно исчез из кино, чтобы появиться в 1973 году сразу в двух великолепных ролях — в фильмах «Четвёртый» и «Плохой хороший человек».
Ну а тогда он тщетно пытался побороться за роль, обивая пороги высоких кабинетов. Высоцкий попросил Мкртчяна на три дня перенести начало съёмок, а сам поехал к руководителю Отдела культуры ЦК КПСС домой. Пел ему песни, написанные для фильма. Песни чиновнику понравились, но давить на Сизова он отказался.
Пил Даль безбожно
Высоцкого заменили на Олега Даля, а музыку написал Александр Зацепин. Вместо Влади сыграла Елена Чухрай.
Даль был не слишком доволен тем, что его не рассматривали в качестве первой кандидатуры на роль, и пребывал в мрачном настроении. В первый же день съёмок он вышел на площадку пьяным.
— Олег появился в дым пьяным и страшно обиженным, что его пригласили не сразу, а вместо Высоцкого. «Раньше, — говорит, — не могли решить, я усы держал специально для роли». Но, конечно, он согласился, и мы начали снимать, — рассказывал Альберт.
Общение с режиссёрами у Даля сразу же не заладилось, а дальше разгорелся конфликт.
— Непрофессионалы и дилетанты! — высказывался он в адрес Попова и Мкртчяна.
Леонид Попов до этого снимал только научно‑популярные фильмы, а Альберт Мкртчян, успешно работавший театральным режиссёром, снял хорошую комедию «Опекун» с Вициным и Збруевым. Если Попова ещё можно было назвать начинающим режиссёром художественного кино, то Мкртчян таковым не являлся. Его, собственно, назначили в пару Леониду для усиления режиссёрского состава.
Леонид Попов до этого снимал только научно‑популярные фильмы, а Альберт Мкртчян, успешно работавший театральным режиссёром, снял хорошую комедию «Опекун» с Вициным и Збруевым. Если Попова ещё можно было назвать начинающим режиссёром художественного кино, то Мкртчян таковым не являлся. Его, собственно, назначили в пару Леониду для усиления режиссёрского состава.
Дерзкие выпады Даля внезапно поддержали Шакуров и Дворжецкий. Шакуров демонстративно не следовал указаниям режиссёров, заявляя, что у него своё видение роли, а они всё делают неправильно. Миролюбивый Вицин старался держать нейтралитет.
Кульминацией конфликта стала телеграмма на «Мосфильм» от актёров, которые требовали убрать двоих режиссёров и прислать одного, но хорошего. Заканчивалось послание следующей фразой:
— СИДИМ В ГОВНЕ НА ВОЛЧЬИХ ШКУРАХ. ДВОРЖЕЦКИЙ. ВИЦИН. ДАЛЬ. ШАКУРОВ.
Я вырубил этих двух людей из своей жизни — Даля и Дворжецкого
Режиссёров менять никто не собирался, а с актёрами поодиночке провели воспитательную беседу, вызвав в Москву. Ничем им не угрожали. Дворжецкого усовестили: вам квартиру должны вот‑вот дать, всё для вас, а вы себя ведёте неконструктивно. Далю напомнили, как он рвался играть эту роль.
— Так и сыграйте так, чтобы все ахнули!
— А я что, я ничего, — тут же пошёл на попятную Олег.
Вицин конфликтовать вообще не хотел. Шакуров, не знающий, что его коллеги легко сдали позиции, заявил, что пусть меняют режиссёров или он уйдёт с картины.
— Уходите, — ответили ему и назначили на роль Юрия Назарова.
Из‑за этого конфликта Сергея год не снимали на «Мосфильме». Ну а кому хочется работать со скандальным актёром? Надо быть сильно заинтересованным в его таланте, а тогда подобных молодых и перспективных актёров было достаточно много.
На Даля и Дворжецкого Шакуров сильно обиделся.
— Влад и Олег меня предали: они согласились работать дальше, — объяснял Сергей. — Я пошёл до конца и написал заявление. По моему поводу было два худсовета на «Мосфильме». Но я уже не мог отказаться, остановиться. Это было бы вопреки моему разуму, который мне в тот момент говорил: «Ты что, Сергей, делаешь?» Но у меня, кроме бешенства, ничего не было. А после бешенства наступила апатия. Я вырубил этих двух людей из своей жизни — Даля и Дворжецкого.
В 2022 году во время кинофестиваля «Провинциальная Россия» Шакуров неожиданно открыл журналистам другую причину своего отказа от съёмок. Он рассказал, как несправедливо обошлись с Владимиром Высоцким, который должен был сыграть Крестовского. И поэтому он отказался от роли.
— У этой истории не может быть двух версий, кто бы что ни говорил о съёмках «Земли Санникова». Володю сначала на роль Крестовского утвердили. А потом сверху запретили снимать его вообще. И я в знак протеста тоже отказался от съёмок там, — сообщил Сергей.
Вот оно как, оказывается.
Даль настолько «достал» режиссёров, что они его… «убили»
Ну а тогда приостановленную работу продолжили. Вместо Шакурова играл Юрий Назаров, но, если внимательно присмотреться, в некоторых кадрах можно узнать Сергея Шакурова. Впрочем, Назаров невзлюбил Мкртчяна и открыто смеялся над ним, когда режиссёр‑армянин допускал ошибки в русских словах. Это было редко, но реакция со стороны актёра была неадекватно едкой.
— За всю мою большую режиссёрскую практику у меня не складывались отношения всего с двумя актёрами, — годы спустя рассказывал Мкртчян. — И, как ни странно, оба они снимались в «Земле Санникова». Один — это Олег Даль. На съёмках я пытался на него воздействовать: уговаривал, скандалил, водой из ведра поливал, чтобы он как‑то в себя пришёл. Конечно, всё это сказалось на отношениях. И почему‑то у нас не сложилось с Юрием Назаровым, который играл роль каторжника. Я ему не нравился как режиссёр, наверное. Ну и Бог ему судья. А может, у Юры были какие‑то личные мотивы?
С другой стороны, Назарова взбесило, что в Нальчике во время съёмок на палящем солнце, во время изнуряющей жары и детям, и взрослым приходилось так тяжело, что некоторые падали в обморок. Главный костюмер фильма Алина Будникова вспоминала, как она и другие коллеги (особенно усердствовали мятежный Даль и Назаров) устроили скандал по этому поводу. Мкртчян на неделю остановил съёмки, пока не построили навесы от солнца.
В октябре 1972 года съёмки проходили уже в Ялте. К тому времени Даль настолько «достал» режиссёров, что они его… «убили».
— Даль продолжал пить, разговаривать с ним было невозможно, — вспоминал Мкртчян. — По сценарию Крестовского должны были убить в самом конце фильма. В Экспериментальном объединении мне сказали: ну, убивайте его раньше. А дело, в общем, шло к концу фильма, уже немного осталось. Но, поскольку было совсем невмоготу, я «убил» Олега Даля раньше, чем думал. А часть его роли передал Дворжецкому. Другого пути просто не было!
Так что Крестовского сбросили с горного обрыва. На этапе монтажа выяснилось, что песни, которые исполнял Даль, звучат так себе: пел он подшофе, не везде попадая в ноты. Спел вместо него Олег Анофриев, а песня «Есть только миг» стала шлягером и визитной карточкой фильма.
Скандальную картину отнесли лишь ко второй категории, а «Госкино» понизило её до третьей. Однако после выхода фильма в прокат в октябре 1973 года на киностудию пришла масса восторженных писем от зрителей. Их мнение учли, и фильм снова отнесли ко второй категории. За год его посмотрел 41 миллион зрителей.
Актёры были недовольны гонорарами, считая, что их незаслуженно обделили. Мол, работали почти полтора года, да и разъезжали по всей стране.
Съёмочная группа работала в нескольких регионах СССР: на льду Финского залива (арктические эпизоды), в Выборге (парк Монрепо и Часовая башня), в Приэльбрусье и Кабардино‑Балкарии (мистические и горные сцены), а также на Камчатке, в Долине гейзеров (пейзажи самой «Земли Санникова») и в окрестностях Большой Ялты.
Даль получил самый маленький гонорар — 2850 рублей. Дворжецкий — 3270 рублей, Вицин чуть больше — 3672 рубля, а Назаров — 3412 рублей. Сергей Шакуров удостоился самого мизерного гонорара — 258 рублей, но и снимался в картине он всего 10 дней.
Неужели это так уж мало?
Олег Даль писал в дневнике о процессе съёмок и режиссёрах:
— Что мы должны видеть, воспринимать, ощущать через фильм? <…> Режиссёр должен держать моё сердце, но чистыми руками. Он должен вливать в меня своё ощущение горечи и радости… Мысли мои о нынешнем состоянии совкинематографа. («Земля Санникова») <Х> и <Y> — клинические недоноски со скудными запасами серого вещества, засиженного помойными зелёными мухами. Здесь лечение бесполезно. Поможет полная изоляция…
Жить скандальному артисту оставалось совсем недолго — он скончается 3 марта 1981 года на сороковом году жизни.
