Каждый Новый год мы садимся перед экранами, чтобы в сотый раз пережить историю Жени Лукашина и Нади Шевелевой. Мы верим в их любовь, умиляемся их неловкости и, кажется, знаем каждое слово этого фильма наизусть.
Но за той магией, что мы видим на экране, скрывается совершенно другая история. История, в которой актеры, сыгравшие лучших подруг, готовы были вцепиться друг другу в волосы, а исполнитель главной мужской роли после съемок навсегда перестал любить целую нацию.
Съемочная площадка «Иронии судьбы» была не местом для романтики, а настоящим полем битвы.
Враг №1: Андрей Мягков и «невыносимая» польская звезда
Начнем с главной «мужской» интриги. Пока миллионы зрительниц вздыхали по экранной паре Мягкова и Брыльской, сам Андрей Васильевич, мягко говоря, не разделял этого восторга. И это еще мягко сказано.
Он вообще не понимал, что все находят в этой польской актрисе. Она приехала на съемки уже состоявшейся европейской звездой, блиставшей в фильме «Анатомия любви», и, по воспоминаниям коллег, держалась с холодным высокомерием. Изысканные наряды, отстраненность, ощущение собственной исключительности — все это жутко раздражало советскую труппу.
В редких интервью Мягков признавался: он не видел в Барбаре ни капли шарма. Более того, именно из-за совместной работы с ней он, по его собственному признанию, «перестал любить поляков». Представляете масштаб? Человек, который должен был изображать влюбленного мужчину, с трудом скрывал раздражение. Теплые объятия и поцелуи на экране давались ему через силу. А постоянные вопросы журналистов и поклонников о том, не вспыхнула ли между ними настоящая искра, доводили его до бешенства.
Но Мягков был верен не только своей принципиальности, но и своей единственной любви — актрисе Анастасии Вознесенской. Их союз был редчайшим примером преданности. Они ставили друг другу ультиматумы: «Только вместе!». И когда режиссеры не хотели брать его жену, Мягков мог просто уйти с проекта. Так он поступил с «Большой переменой», оставив роль Нестора Петровича Михаилу Кононову. Он не променял бы Анастасию ни на какую польскую красавицу.
Враг №2: Валентина Талызина и драка в гримерке
Но если Мягкова и Брыльску раздражало профессиональное несовпадение, то между двумя актрисами, которые на экране изображали лучших подруг, вспыхнула настоящая война.
Валентина Талызина и Барбара Брыльска возненавидели друг друга с первого дня. Талызина, простая, компанейская женщина, считала польскую коллегу страшно высокомерной. А Брыльска, в свою очередь, с первого же дня столкнулась с откровенной неприязнью. Какая-то женщина из киногруппы прямо заявила ей: «Взяли тебя, а могли бы наших!», обвинив в том, что она отнимает хлеб у советских актрис. После такого «теплого» приема Брыльска замкнулась и перестала пытаться наладить контакты.
Конфликт разгорался с каждым днем. Талызина была уверена, что Брыльска распускает слухи, будто она пьет на съемках. Хотя сама Талызина объясняла это тем, что актеры просто «принимали 100 граммов», чтобы согреться в жуткий холод на съемках «Зигзага удачи».
В какой-то момент слова закончились, и начались действия. Между актрисами произошла настоящая потасовка, их с трудом разняли. Талызина впоследствии откровенно признавалась: «Я даже била Брыльску на съемках». Представляете, как кипели страсти за кадром новогодней сказки?
Озвучка, премия и «голос» Пугачевой
Когда съемки закончились, война перешла на новый уровень. Из-за сильного акцента Брыльску пришлось озвучивать. И этой работой занялась… Валентина Талызина. Актриса была уверена, что озвучила роль лучше, чем Брыльска сыграла. А Брыльска, естественно, была недовольна.
Кульминацией противостояния стала Госпремия. В 1975 году после выхода фильма награду получила Барбара Брыльска, а Талызину, подарившую героине свой голос, обошли. Обида была колоссальной.
И это еще не все. Песни для Нади Шевелевой исполняла сама Алла Пугачева. Но даже у Примадонны остался неприятный осадок после работы с Рязановым и композитором Таривердиевым, которые, по ее словам, «замучили» ее своими требованиями.
«У нее секс есть»: почему Рязанов выбрал «чужую»
Почему же Эльдар Рязанов пригласил иностранную актрису на главную роль, зная, что это вызовет проблемы? Ответ прост: он искал особый типаж. Как позже говорила Талызина, режиссер искал «другую внешность». Он увидел в польской актрисе то, чего не нашел в советских артистках. Прямая цитата Рязанова: «У нее секс есть». Вот так. Ради этого «секса» он готов был терпеть капризы и выслушивать жалобы всей съемочной группы.
Так что в следующий раз, когда вы будете смотреть «Иронию судьбы», помните: за каждой улыбкой Нади и нежностью Лукашина скрываются крики, драки и многолетние обиды. Этот фильм — настоящее чудо, которое родилось из хаоса и ненависти.
